Вы можете себе представить фразу Ремарка: "Нужно помочь жертвам войны и тем, кого заставляют воевать. Необходимо поддержать семьи воинов Вермахта, Гестапо и СС, ведь они, возможно, еще более невинные жертвы этой войны". А еще вы можете себе представить другую фразу Ремарка: "Он отметил, что Геббельс поддерживает немецкое независимое кино. И судить его в Нюрнберге нужно учитывая его огромный вклад в мировое современное искусство".
Сумасшедший дом, скажите вы? Конечно. Невозможно себя представить? Именно.
Читайте также: Хватит лечить то, что не лечится – России нужна эвтаназия
Почему Ремарк не смог бы это сказать? Потому что Ремарк понимал преступность нацистского режима. Он отдавал себе отчет, что его страна, Германия, в то время несет зло и является преступником. Он знал, что немецкий народ несет ответственность вместе с Гитлером, он не отделял преступления фашистов от немецкой публики. Он бежал от них. Просто потому что не мог жить там. Не мог делать такой моральный выбор. Оставаться там и просто молча смотреть на преступления. Он не принимал преступления и не хотел нести ответственность за них. И не нес. Поэтому Ремарк великий.
И поэтому немецкая культура заслужила признание и после войны. Просто потому что искупала вину. Просто потому, что не пошли на компромисс с Гитлером. По крайней мере часть, заслуживающая уважения.
Но в современной России все не так. И вот уже на Каннском фестивале показывают фильм режиссера Серебрянникова и он потом выходит в эфир и начинает: "Режиссер Кирилл Серебренников призвал снять санкции, введенные против бизнесмена Романа Абрамовича на фоне российского вторжения в Украину".
Серебренников отметил, что Абрамович поддерживает российское независимое кино: "Он уже давно помогает современному искусству. Это не пропагандистские фильмы, как раз наоборот".
Русский режиссер это говорит. Он может позволить себе такое сказать. Он требует понимания к российским солдатам. Он хочет их жалеть. Он хочет избирательности к российским олигархам.
И вопрос даже не в том, что русский режиссер очень любит деньги. Нет. Вопрос даже не в том, что он может себе позволить публично защищать российских солдат и российских миллиардеров, вопрос в том, что он может себе позволить оставаться в России в тот момент, когда именем России те солдаты, которых он защищает, насилуют, убивают и грабят.
Он делает этот моральный выбор. Он идет на компромисс. И ему норм. Он снимает фильм про Лимонова, российского фашиста, поддержавшего войну России на Донбассе.
Читайте также: Российская экономика обречена, что бы там ни имитировали в Москве
Такая позиция режиссера говорит о том, что он не выступает против преступлений. А зачем тогда нужна культура? Зачем нужно искусство? Искусство, которое не выступает против зла? Зачем нужен творец, который не понимает, что несет ответственность за преступления, которые совершаются от его имени.
Что будет в таком случае делать этот творец, когда все рухнет? Станет ли он тем человеком, который понесет свет и будет делать все, чтобы общество никогда больше не повторило своих преступлений? Как это возможно, если не осознаешь и не принимаешь ответственность? Если нет чувства вины? Щемящего чувства, которое должно разъедать изнутри человека творческого, человека эмоционального. Вины, о которой он должен кричать, как сам лично, так и в своих работах?
Задавали ли себе такой вопрос организаторы канского фестиваля?
Если культура не кричит о преступлениях, то у совершавших преступления не будет чувства вины. А значит пройдет время и они повторят все в точности. Как сейчас русские солдаты повторяют преступления дедов, которые устаивали Гулаг, депортации, геноцид и Голодомор.
Когда россияне спрашивают, почему русская культура виновата, то вот вам ответ. Русская культура соучастник убийств русскими солдатами. Пока русские культурные деятели остаются в России, делая моральный выбор о компромиссе с преступлениями режима, они не могут называться людями искусства. Они такие же пропагандисты. Просто в стиле лайт.
И не говорите, что это другое. Что нельзя сравнивать Серебрянникова и Ремарка, Путина и Гитлера. Потому что тогда нормой станет последний пример с France 24, когда они процитировали Шойгу о "полном освобождении Мариуполя".
Интересно, цитаты Гитлера о полном освобождении Франции в 1940 году после Дюнкерка им бы тоже захотелось поставить?
Читайте также: Путин вернул РФ к фашизму и каждому его постулату
Текст автора со страницы Facebook публикуется с его согласия
