«Обменщики» часто провоцируют похищение людей в «ДНР/ЛНР» - Вовк
Интервью

«Обменщики» часто провоцируют похищение людей в «ДНР/ЛНР» - Вовк

8 декабря 2016 | 12:00

На днях в Realist’e вышло интервью со Станиславом Красновым — бойцом крымского «Азова», которого обвиняют в госизмене. В разговоре с нами Стас обвинил Службу безопасности Украины в предвзятом отношении к своей персоне — по его словам, в 2013 году совместно со своим напарником Александром Костенко они разоблачили схему торговли людьми, в которой были замешаны силовики.

После таких серьезных обвинений Realist решил встретиться с бывшим главным следователем СБУ Василием Вовком, чтобы услышать версию силовика об этих событиях. Разговор с Василием Васильевичем вышел довольно откровенным — в первой части интервью Realist’y он ответил на обвинения Краснова, а также рассказал, почему люди с оккупированных территорий не приезжают на территорию, подконтрольную Украине, и сколько зарабатывают на освобождении пленных те, кто занимается обменом.


Об обвинениях Краснова

— Стас говорил, что претензии к нему начались еще до Евромайдана и задержания — по его словам, он вместе со своим напарником [Александром] Костенко раскрыл схему торговли людьми, в которой принимали участие СБУшники.

— Абсолютно ничего не знаю о схемах торговли людьми, и о том, кто в этих схемах замешан из сотрудников СБУ, хотя подтверждаю, что такие схемы существуют. Как и другие позиции в преступном мире. Абсолютно ничего мне неизвестно — заметьте, я не категорически сейчас говорю о том, что это была месть сотрудника СБУ за то, что он (Краснов) разглашал какие-то схемы участия в торговле людьми СБУ. Я не отрицаю, что возможно, это было, но думаю, что тут больше фантазий Стаса, о котором вы говорите.

— А его заявления о том, что к нему применялись пытки?

— Я помню первое его задержание вместе с его другом, соратником, коллегой Сашей Костенко (это было в мае 2014 года. — R0). Почему я хорошо помню — меня подняли ночью, потому что зашли в дом с обыском, и там было столько веществ с признаками взрывчатых, что все перепугались. Было принято решение выселять дом. Была подключена «Альфа», я лично звонил тогдашнему начальнику киевской милиции Олегу Морозу, чтобы он помог своими взрывотехниками.

Во время обыска дважды пытались сбежать через окно несколько человек, которые находились в этой квартире, среди них был и Краснов. «Альфа» окружила дом, Краснова, конечно, задерживали, их догоняли.

Вы понимаете, в чем дело — при задержании не могло обойтись без синяков, ссадин и подзатыльников. Поэтому говорить о том, что это пытки и физическое влияние на него — бессовестно и нечестно. Возможно, он получал травмы при задержании.

Я тогда включался, когда за них внесли залог и их надо было освобождать. Был отец то ли Костенко, то ли Краснова, был народный депутат от «Свободы» [Эдуард] Леонов, которые говорили: «Давайте!». Я лично дал обязательство, что в понедельник с самого утра их отпустят. Костенко, как вы знаете, сбежал (по другой версии — его выкрали, сейчас Костенко отбывает наказание в Крыму. — R0). Краснов не сбежал, к нему вопросов нет.

Во время их задержания не было никаких издевательств, психологического влияния, хотя тут кто как считает — тактика допросов включает в себя такие моменты. Но это логические схемы, воздействие на сущность человека. А применения физической силы не было! Я говорю о следователях.

Я еще раз подтверждаю — да, давали пинка. Ну, не научу я конвоиров, если их не слушаются, не трогать никого. Конвоиры дежурят сутки через сутки, они на взводе, не хватает людей. Но это не истязание и не избиение.

Станислав Краснов, фото «Украинское фото»

— Стас говорил, что он сотрудничал со службой контрразведки и помогал ловить сепаратистов.

— Видимо, он имеет в виду, что сдавал контрразведке определенную информацию. С какой целью он это делал: помочь Украине или зарекомендовать себя патриотом Украины и вписаться в схему своей версии? Та версия, которая сегодня продвинута, по которой он обвиняется, она подтверждается почти на сто процентов.

— Это госизмена?

— Конечно.

— Но при этом он внесен в список террористов в России.

— Это очень красивое обоснование. Его коллега Костенко осужден в Крыму. Но может это быть тоже комбинация с его последующим внедрением в Украину как агента влияния? Вроде бы он там сидит, один раз [омбудсмен Валерия] Лутковская туда поехала, он сидел, но посадить можно на один день в камеру, а потом выпустить. Может быть такая схема? Рассматривается как вариант.

Я без суда не могу обвинять его в госизмене. И какое будет решение суда, такое я приму. На сегодня следствие приняло эту версию, посчитало ее доказанной и отправило акт в суд.

Я знаю ситуацию с Красновым и Костенко, знаю вещи, которые не входят в материалы обвинительного акта и о которых я вам не могу сказать. С высоты опыта и того, что я знаю, делаю вывод, что он действительно имеет очень много признаков агента спецслужб Российской Федерации.

— Когда будет суд?

— Я не могу этого сказать, как и не знаю, каким будет приговор. У него несколько статей, среди прочих — подготовка теракта…

— Вы говорите про взрыв электроопор, ведущих в Крым?

— Ну, там еще дело крымского татарина [Ленура] Ислямова, и некоторые другие моменты. Есть основная статья, вокруг которой собраны другие обвинения. Суд может посчитать какие-то недоказанными и сделать ставку на одну статью. Или все считать доказанными. Такая ситуация — это дело суда и, соблюдая юридический такт, не могу говорить, какое будет решение.

О крымских дезертирах

— Давайте пока закроем тему с Красновым, но продолжим тему Крыма. В ноябре было задержание на материковой Украине двух крымских изменников (речь о бывших военнослужащих ВСУ, которые перешли на российскую сторону. — R0).

— Дезертиров.

— Да. Как вообще ведется работа в этом направлении? Есть какой-то список предателей, как вы их отлавливаете?

— Уголовные дела по дезертирству относятся в основном к военнослужащим. Чтобы вы понимали — сейчас есть много гражданских должностей в СБУ, но, в основном, это все военнослужащие. То есть, если сотрудник службы совершил преступление, оно будет считаться воинским. Поэтому военная прокуратура имеет уголовные производства в отношении каждого, кто не явился в воинскую часть, которая передислоцировалась сюда в Украину. Допустим, не явился в органы СБУ и сейчас его нет, но известно, что он находится на территории Крыма. Им всем инкриминируют статью «дезертирство».

Если есть информация, о том, что человек всплыл на какой-то должности и об этом официально заявлено, включается дополнительная статья об измене Родине. Естественно, они все объявляются в розыск на территории Украины. Естественно, Интерпол не будет их объявлять в розыск. Потому, что там считают, что все, что связано с боевыми действиями в Украине, подпадает под статью устава, которая запрещает Интерполу участвовать в мероприятиях, связанных с религиозными, военными, политическими действиями.

Они говорят: «ребята, у вас там своя войнушка, мы не знаем, что это такое». Это у нас «сепаратисты» — слово негативное. Вообще, слово «сепаратизм» связывают с национально-освободительным движением, отделением. Но вот Украина отделилась от СССР, так мы что, сепаратисты теперь? В этом, в плохом смысле слова. Тут получаются разные истории.

Вот есть у нас сотрудники, те, что сюда приехать не могли. Дети маленькие, болячки, мать, прикованная к постели, и другие причины. Куда они поедут, условия мы же до сих пор не создали, чтобы люди переехали.

Вот даже люди с востока. Те, кто при «бабках», они тут целые дома выкупили на Драгоманова. Живут себе, с цепями ходят. И донецких машин здесь достаточно. А тот, кто не имел средств существования, куда он поедет? Где он будет жить? Где он будет работать, если основная часть местного населения не имеет работы?

Так и Крым. Мы должны здесь подходить очень аккуратно. Приведу пример. Приехала девушка из Крыма, говорит: «Что мне делать — не знаю. Там — мать старенькая, она никуда не поедет, просит, чтобы я осталась с ней. ФСБ предлагает работать с ними в следствии. И я даже написала согласие». Я сказал — принимай сама решение, мы готовы тебе тут предоставить должность. Но это отдельный случай, речь здесь не идет о воинских частях.

Чтобы показаться ура-патриотом, я бы мог сказать — конечно, все они козлы, всех их нужно вешать и расстреливать. Но я человек, который понимает, что такое жизнь. Эта девушка, о которой я говорил, все-таки приехала в Киев, ее долго проверяли, на детекторе лжи в том числе. Она сказала: «Я честно говорю, что написала заявление (в ФСБ)». Но все-таки отказалась, нашла подружку, которая согласилась ухаживать за матерью и сейчас успешно работает в СБУ. Исключение ли это?

Вот, если взять [Евгения] Панова, так называемого диверсанта, которого задержали в Крыму — то его дело расследуют два бывших сотрудника СБУ. Сейчас они работают в ФСБ. Это изменники Родины, и тут не может быть смягчающих обстоятельств.

Многие люди не смогли сюда переехать, но не пошли служить в российские силовые структуры, потому что есть принципы и честь офицера. Остались в Крыму, переоделись и, образно говоря, пошли на стройку. Они понимают где-то внутри, что это моральная измена, но такие обстоятельства я воспринимаю. Каждое личное дело заслуживает отдельного расследования.

Что касается этих двух, задержанных недавно, это была операция из нескольких составляющих. Тут больше информационной войны и необходимость показать, что все равно виновного когда-то настигнет наказание. Но если бы речь шла о десятках человек. Тут речь идет о сотнях и тысячах. Я считаю, что такие расследования заслуживают особого внимания тогда, когда мы вернем территорию Крыма в состав Украины.

Я знаю одного из сотрудников, у которого мама прикована к постели в Донецке. Периодически он туда ездил, договаривался. Потом его вербанули. Да, есть такая опасность. Как ему было поступить, если у него мать там одна?

— А вот эти двое дезертиров, задержанных недавно, они могут теоретически войти в этот условный обменный фонд для возвращения украинских пленных?

— Я хочу вам сразу сказать, что для меня не существует слова «обмен» и слова «пленные». Хотя я освободил больше трехсот людей. Нескромно, но ну его к черту, все пиарятся, мало чего сделав, не имея совести и чести, и перед Богом брешут. Почему я должен молчать о том, что сделал. Об этом знает и президент, ровно два года назад, 6 декабря 2014 года, я ему об этом лично докладывал.

Но отвечу Вам на Ваш вопрос, не цепляясь к словам. Возможно, такой мысли при задержании не было, но она со временем может появиться. Если к ним проявят интерес в Крыму богатые родственники, российская власть, какая-то структура.

Вы помните, что дело [Александра] Александрова и [Евгения] Ерофеева изначально сильно не опекалось. Ну, приехало несколько журналистов. А это офицеры, которые на территории Украины, которые убили здесь нашего солдата. Потом появилась версия, что Путин решил прикрыть себя, что он отдает нам Надю [Савченко] и сделал операцию — что вот, его попросили родители, мол, они простили Надю за убийство их детей и хотят вернуть на родину офицеров. Возможно, эти два солдатика со временем окажутся кому-то необходимыми и попадут под так называемый обмен. Я называю это «операцией по освобождению заложников».

О бизнесе на обмене

— Вы вскользь сказали, что в обмене замешаны большие деньги. Расскажите подробнее.

— Все началось в 2014 году. Когда мы приехали в первый раз в Минск, мы привезли список из более двух тысяч заложников на оккупированной территории. Включая тех, кто пропал без вести. Сейчас речь идет о 109 наших заложниках, но это цифра, которая не соответствует действительности. И никто не знает реальные цифры.

Вот смотрите, как делают некоторые, так называемые обменщики. Они понимают, что все сконцентрировано в руках Захарченко или другого… Если в России людей судят, то на востоке их просто держат. Бандюки издеваются, но никакой не орган, и не страна. Поэтому это «заложники», «незаконно содержащиеся под оружием».

И вот эти «обменщики» говорят — хлопцы, вот у вас там, в Киеве, в Запорожье сидят тоже… Отдайте их нам, а мы вам ваших десять — солдатиков, волонтеров. Приходит к нам обменщик и говорит — вот эти три человека, меняем меру пресечения, а они нам возвращают.

А среди этих десяти есть один парень, у которого отец имеет очень хороший бизнес. Он 50 штук даст за своего сына и все. Я знаю такие конкретные ситуации.

И когда эти десять возвращаются, родственники говорят — вот скажите только что-то плохое про этого обменщика, он бесплатно нам вернул людей, ни копейки не взял. А он с девяти не взял, а за одного-то отец заплатил. И никто об этом не узнает — отец будет молчать, может даже и сын не узнает, если ему не скажут. «Обменщик» себе берет 25 тысяч, той стороне — 25. И все довольны.

— С другой стороны, все равно же люди возвращаются. Эти десять человек все равно вернулись — на них заработали деньги, но они больше не в заложниках.

— Так конечно хорошо, что освободили! И Бог с ним! Я всегда говорю — выкупайте своих детей, любым способом освобождайте, только возвращайте в семью. Ничего для родителя не запрещено. Если, не дай Бог, моего сына забрали бы, я бы всех послал. Я бы поехал туда, сам бы договаривался и сказал бы остальным — ребята, это не ваше дело. Бывает, звонят нам и говорят — вычеркните моего сына из заложников, я его уже освободил. Я говорю — как? Отвечают: не ваше дело.

Я о том, что когда человек заработал 25 штук на десяти людях, он думает — а неплохой-то бизнес. «Давайте, пацаны, собирайте еще». Он так провоцирует дальнейшие похищения людей. Когда это все переходит в сферу бизнеса, процесс становится бесконечным.

Я предлагаю другой вариант. Первый — ультиматум. Ко всем — странам «минского формата», «нормандского». Ребят, мы можем говорить о выборах на Донбассе, об амнистии. Здесь в Украине сидят сепаратисты — они законно оформлены. Они сидят в специально отведенных местах. Я ведь был в Минске. И я говорил — все можно обсуждать, но вы же сами даете список, где у вас сидит определенное количество людей! Что значит «сидят»? Это заложники! А вы — преступники. Отпустите заложников — и дальше говорим. А нет, они торгуются, и это называется торговля людьми.

— То есть, условно говоря, когда говорят, что стопорится обмен «всех на всех»…

 (перебивает) А, что такое «всех на всех»? Никто не знает, что это такое, но все об этом говорят. Девять человек освободили в формате всех на всех. Если «всех на всех» — то это одноразовое действие! Даже представители СБУ, мне больно об этом говорить, несут что-то непонятное. Всех на всех было в декабре 2014 года. Всех 205 человек мы процессуально очистили — вот это все, кто у нас есть, мы их отдаем. 150 человек насчитали они. Я говорю — не вопрос! У вас больше нет? Тогда следующего, кто появится, вы отдаете нам уже просто так. И мы этот обмен сделали.

Я их в Минске гонял под столами — [Дениса] Пушилина (постоянный полномочный представитель «ДНР» на переговорах Трехсторонней контактной группы в Минске. — R°) и [Владислава] Дейнего (постоянный полномочный представитель «ЛНР» на переговорах Трехсторонней контактной группы в Минске. — R°), пока они не подписали все нужные бумаги.

Потом в Администрации президента меня обвинили — что это ты решил 205 отдавать на 150. А я сказал: «всех на всех», ребята!

Освободите всех заложников, а потом будем говорить о других форматах — о политике, прекращении военных действий. Но такой формат, наверное, никому не интересен. Ведь говорит сама [Ирина] Геращенко в интервью, что все решает Медведчук. А потом меня убрали из процесса.

— Вы говорили об обменщиках, которые зарабатывают деньги. Вам примерно известно, сколько их?

— Никому не известно. Это может быть ситуативно — кто-то попал один раз, родители, например, ищут человека, и вышли на кого-то знакомого. Есть люди, которые постоянно на этом зарабатывают, есть люди, которых в этом подозревают. Я не хочу тыкать пальцами на конкретных людей и конкретных волонтеров. Потому что Вы сами сказали — девять человек вернулись абсолютно бесплатно, и их родители мне просто вырвут глаза.

Вторую часть интервью с Василием Вовком читайте на сайте Realist`а в ближайшее время.

Автор: Юлиана Скибицкая

Фото: Юлиана Скибицкая, Украинское фото, Аргумент.

У Путина заявили о возможности размещения наступательного вооружения в Украине
16 января 2022
В Киеве три дня не будут курсировать городские электрички: график
16 января 2022
Метод тарелки: как похудеть без подсчета калорий
16 января 2022
Эштон Кутчер и Мила Кунис продают роскошный дом за $10 млн (фото)
16 января 2022
Впереди много драмы: как "выжить" во время ретроградного Меркурия
16 января 2022
Под Киевом внедорожник столкнулся с грузовиком: погибла 11-летняя девочка (фото)
16 января 2022
Женский гороскоп на неделю: Тельцы могут рассориться, а Козерогам нельзя верить интуиции
16 января 2022
Завтрак чемпиона: простой рецепт творожного омлета для всей семьи (видео)
16 января 2022