Архитекторы из Дании и Японии пересматривают традиционный школьный дизайн, чтобы стимулировать новые способы обучения, пишет британский журнал The Economist 1843.
Колледж Орестад в Коппенгагене вряд ли похож на обычную среднюю школу. Его обширное открытое пространство с перекрывающимися слоями создает множество укромных уголков, что облегчает ученикам возможность найти собственный стиль работы и сотрудничать со сверстниками.
До начала промышленной революции дети получали образование дома, в однокомнатных школьных домах или вообще не учились. Массовое школьное образование началось в XIX столетии. При этом школы выглядели как фабрики, где архитекторы проектировали утилитарные классные комнаты с рядами столов.
До Второй мировой войны европейские модернисты, такие как Уолтер Гропиус и Рихард Нойтра, возглавляли школьное движение «под открытым небом», которое делало акцент на свежий воздух, дневной свет, обучение на открытом воздухе и свободу для учеников.
Но во второй половине XX века нехватка денег и возросшее количество детей привели к падению стандартов строительства учебных заведений в богатых странах. Быстровозводимые здания, предположительно временные, стали постоянными. Бесклассовые классы с флуоресцентным освещением и кондиционированием воздуха становились все более распространенными — точно так, как плесень и токсины.
Большинство школ не могут тратить много денег на новое здание, и некоторые из педагогических идей, стоящих за этими новостройками, так никогда и не реализовываются. Поэтому инновации не должны быть дорогостоящими или радикальными. Даже простые принципы проектирования могут при дешевизне приносит большие результаты.
К счастью, в настоящее время растет понимание того, как здания формируют обучение. Исследования показали, что плохие результаты успеваемости связаны с классными комнатами, которые часто являются, плохо вентилируемыми, без должной звукоизоляции и полные искусственного света. В результате был сделан новый акцент на полезный и творческий школьный дизайн.
В 2015 году самый престижный архитектурный Приз Стирлинга отправился в школу Бернтвуд в Лондоне. Оливия Фарах, шестиклассница, говорит, что естественный свет, который льется через негабаритные окна школы, помогает ей сосредоточиться. Ей нравятся широкие дорожки, которые предотвращают «разрушение коридора», опасное для малышей.
Другие попытки предоставить ученикам больше комфорта встречаются во всем мире. Школа Хэйзелвуд в Глазго (Шотландия), предназначенная для слепых, глухих и имеющих трудности с обучением учеников, имеет тактильные и ароматные стены, чтобы помочь слабовидящим ходить. Hakusui Nursery в Чибе (Япония) напоминает деревянные дома в местной фермерской общине — это помогает свести к минимуму чувство дискомфорта у детей, покинувших свои дома.
И хотя в дизайне школ отразились методы XIX века, в плане педагогики современные образцы соответствуют новым подходам, утверждающим и воспитывающим в ученике ответственность и творческое восприятие вопреки зубрежке. Сейчас даже простые игровые площадки со слайдами, качелями и каруселями вышли из моды. Вместо этого есть абстрактные площадки с блоками и рамками нечеткой формы, позволяющие детям воображать собственные игры и создавать правила вместе со сверстниками.
Например, в Словении детский сад Šmartno Timeshare предназначен для поощрения обучения через игру. У детей есть два-три часа в день, когда они выбирают, что им делать. Для этого есть открытая площадка с застекленными комнатами, соединенными раздвижными дверями. Место может быть адаптировано для детей в соответствии с их играми — здесь есть 65 возможных «вариантов активности». И просто для удовольствия — красная горка как альтернатива спуску по ступенькам.
