Сергей Шабовта, эксперт по вопросам безопасности
Сейчас поднялся массовый ажиотаж вокруг покушения на Игоря Мосийчука. Но при этом ежедневно в Украине совершается немеряное количество покушений и различного рода преступлений по отношению к простым людям.
Оформленная и организованная преступность стала реалиями Киева, Харькова, Одессы, больших и малых городов и сел. Подкрепленное оборотом незаконного оружия, жутким социальным провалом с точки зрения депрессии людей (а следовательно, склонностью к агрессии), общество в какой-то части невероятно радикализовалось. Но те лидеры правоохранительной системы, которые должны это отслеживать и предпринимать профессиональные практические действия, к сожалению, этого не видят.
Нам рассказывают, что все хорошо, что реформа успешно проведена. Но при этом статистика упрямо говорит, что количество преступлений растет, раскрываемость падает. И ситуация с преступностью в стране становится политическим ангажементом — провластным силам нужна позитивная картинка. Нас периодически кормят сомнительными новостями о том, что у нас все хорошо, что события в Княжичах — это детские шалости, ребята просто в темноте не рассмотрели и не узнали друг друга. Вот такое грандиозное государственное лукавство. Ухудшается ситуация с преступностью, с проблемами, которые она формирует, которые делают жизнь в украинском обществе взрывоопасной, — и те, кто должен за это отвечать, этого не видят.
Но как только произошло покушение на господина Мосийчука — тут же все заработали. Сразу начались поиски руки Кадырова, руки Кремля, приводя нас к мысли, что раз такое произошло, то это к нам извне принесли — это не украинские события. Это самое отвратительное.
Неспособность государства и правоохранительных органов критично и профессионально оценивать ситуацию и делать соответствующие выводы — это путь к новым катастрофам.
Для любого общества, находящегося в состоянии вооруженного конфликта, проблема незаконного оборота оружия очень масштабна и становится почти неразрешимой. Это не случайные дезертиры из окопов находят стволы и потом куда-то переправляют. Оружие, которое, возможно, даже не доставали из арсенала, чтобы не утратило товарный вид, списывается со складов воинских частей. Оно стало массово поступать в продажу. Способно ли государство справиться с такими объемами — тем более, что государственные структуры сами являются одними из активных участников этого рынка? Думаю, нет. И я не вижу позитивных тенденций.
Сегодня реформу изображают люди, которые сами были мошенниками, сами привлекались к уголовной ответственности, сами были создателями коррупционных схем. Каких решений событий от них можно ждать? Их устраивает на самом деле эта ситуация. Их устраивают покушения, кражи, их устраивает бесконтрольность со стороны государства.
В очередной раз можно объявить месячник сдачи оружия и ожидать массы добровольцев, которые придут и добровольно что-то сдадут. Но это какие-то единичные случаи сдачи случайного оружия, которые нам преподносят как показательные события. Называть это борьбой смешно. И при нынешнем раскладе политических сил, при нынешней экономической ситуации предпосылок для качественного улучшения законности и правопорядка я не вижу. Новые полицейские — такая же частичка общества, в котором они выросли. Какие бы сказки они не рассказывали на собеседовании, главный их мотиватор — как-то использовать службу для улучшения своего материального положения. Поэтому даже при смене ключевых руководителей МВД и СБУ ничего не произойдет.
