Нафтогаз

Золотой НАК «Нафтогаз», или пир во время чумы

11 июня 2018 | 08:00

На бумаге НАК «Нафтогаз України» — самая эффективная из государственных компаний. На деле, красивые финансовые показатели — ширма, за которой легко спрятать проблемы с добычей газа, схемы бюджетных компенсаций, захваты облгазов и неприлично большие размеры премий для руководства.

Прибыль за счет налогоплательщиков

«Статистика — вещь упрямая, — прокомментировал первый заместитель министра экономического развития и торговли Максим Нефедов финансовые показатели работы госкомпаний за 6 месяцев прошлого года. — Есть иллюзия, что госпредприятия — это куры, несущие золотые яйца. Но значительную прибыль приносят компании только в регулируемых государством отраслях. Остальные — крайне неэффективны».

Исходя из логики первого замминистра, самая эффективная из госкомпаний — НАК «Нафтогаз України». Ее чистая прибыль за 2017 год составила 39,3 млрд грн. Вторая по эффективности, согласно той же логике — «Центрэнерго» с чистой прибылью 1,9 млрд грн за прошлый год.

«Эффективность „Нафтогаза“ целесообразно рассматривать с точки зрения ее деятельности как государственной компании, главная задача которой — доступное, бесперебойное и безаварийное газоснабжение, — заявил Realist'y эксперт по энергетике Валентин Землянский. — Значит, социальная составляющая в работе должна преобладать над коммерческой. Финансовые показатели „Нафтогаза“ — еще не свидетельство эффективности, тем более, когда эти показатели достигаются за счет интересов населения».

Сейчас цена газа для домохозяйств — 4,942 грн за тыс. куб. м без учета НДС. Ожидается, что до конца 2018 года она вырастет на 73% - до 8530 грн за тыс. куб. м, после того, как правительство выполнит требование МВФ и изменит схему ценообразования. Пока Кабинету Министров удалось перенести введение новых тарифов с 1 апреля на 1 июня и дальше, до начала отопительного сезона. Но повышение цены на газ — условие получения очередного транша МВФ, так что Кабмин рано или поздно сдастся.

Однако нынешняя цена газа для населения неоправданно завышена. «Исходя из себестоимости добычи украинского газа, его цена - максимум 3,5 тыс. грн за тыс. куб. м. Она могла бы быть еще ниже, если бы государственная газодобывающая компания «Укргазвидобування» увеличила объемы добычи», - заявил Realist’у эксперт по энергетике Юрий Корольчук.

Принцип импортного паритета, на котором настаивает МВФ для формирования цены на газ для населения, не учитывает паритет платежеспособности населения. По данным Госстата, на январь 2018 года население задолжало за газ 16,4 млрд грн, что на 26,6% больше по сравнению с январем 2017 года. Но в этом году 7 млн украинских домохозяйств получают субсидии. По сути, 51 млрд грн, предусмотренных в госбюджете в этом году — это скрытая дотация «Нафтогаза» деньгами налогоплательщиков. Так с принятием в 2014 году закона «О рынке природного газа» о компенсации недополученной оплаты за проданный населению газ правительство переложило бремя убыточных «социальных тарифов» с компании на госбюджет.

«Нафтогаз» не волнует, посильны ли тарифы для населения. Более того, чем они выше, тем больше размер компенсации из госбюджета. НАКу все равно выгодно повышать тарифы, независимо от того, насколько они посильны для населения. «Экономически обоснованной цена на газ была бы в том случае, если бы действовал смешанный принцип ее образования, то есть учитывался бы газ собственной добычи с минимальной рентабельностью и расходы на недостающие объемы по импортному паритету», — уверен Валентин Землянский.

«Экономически обоснованной цена была бы, если бы действовал смешанный принцип ее образования, то есть учитывался бы газ собственной добычи с минимальной рентабельностью и расходы на недостающие объемы по импортному паритету», - уверен Валентин Землянский.

Больше шума — меньше газа

С 2000 года объем добычи газа в Украине почти не меняется, колеблясь в диапазоне 18−20 млрд куб. м в год. До 2014 года из-за многомиллиардных долгов «Нафтогаз» не мог выделять достаточно средств на разработку новых месторождений и увеличение добычи. Но и после того, как правительство закрыло долги потребителей из госбюджета и у компании появились средства для развития, добыча украинского газа существенно не увеличилась. Для сравнения: в 2017 году было добыто всего на 9,5% газа больше, чем 17 лет назад — в 2000 году.

Более того, новое законодательство значительно усложнило газодобычу. «В отрасли не проводятся аукционы на разработку новых участков, — заявил Realist'y Роман Опимах, исполнительный директор Ассоциации газодобывающих компаний Украины. — Причина — в новой процедуре экологической оценки, которая заменила старую экологическую экспертизу после принятия в декабре 2017 года нового закона „Об оценке воздействия на окружающую среду“ (№ 2059-VIII). Он оказался настолько несовершенным, что практически невозможно получить в экологической инспекции оценку воздействия на окружающую среду (ОВД) при бурении скважины». «За полгода подано более 120 запросов на ОВД, но ни одно из них не было одобрено», — говорит Опимах.

А Юрий Корольчук отмечает, что у компании попросту нет технических возможностей наращивать добычу. «В прошлом году „Укргазвидобування“ смогла освоить только 8 млрд грн из более 30 млрд, выделенных „Нафтогазом“ на увеличение объемов добычи газа. Но этого совсем не достаточно», — поясняет Юрий Корольчук. В сложившейся ситуации, просто невозможно достигнуть к 2020 году 27 млрд куб. м внутренней добычи. Хотя правительство Гройсмана определило это как один из приоритетов Программы энергонезависимости «20/20».

Для «Нафтогаза» модернизация отрасли — не первостепенная задача. Руководство компании, хоть и создало имидж продвинутого корпоративного менеджмента, использует старые схемы распределения финансовых потоков. К примеру, сейчас происходит умышленное наращивание долгов облгазов и теплокоммунэнерго перед «Нафтогазом». «По состоянию на 9 января 2018 года суммарная задолженность этих компаний составила 20,4 млрд грн (без учета объемов газа, поставленного в декабре), что вдвое больше, чем в прошлом году», — сообщал НАК «Нафтогаз» в начале года. Похоже, так НАК готовится взять под монопольный контроль газораспределительные сети.

«Об эффективности работы «Нафтогаза» можно было бы говорить, если бы компания работала в условиях конкурентного рынка, где потребитель вправе выбирать поставщиков. Но сейчас мы только наблюдаем, как усиливается монополия НАКа», - считает Корольчук.

Складывается ситуация, когда расширение монопольного контроля, увеличение тарифов на газ для населения, нехватка газа собственной добычи выгодны «Нафтогазу». Ведь финансовые показатели растут. Эти «красивые цифры» радуют независимый наблюдательный совет компании НАК «Нафтогаза». В нем — преимущественно иностранные специалисты. Для международного корпоративного сообщества компания с высокими показателями прибыли выглядит успешной и эффективной.

Прибыльная тяжба

«Солидности» в глазах внешних наблюдателей «Нафтогазу» добавляет и размер премий в $ 46 млн для топ-менеджмента за победу над «Газпромом» в Стокгольмском арбитраже 28 февраля этого года. Эти десятки миллионов распределят между 41 руководителем НАКа.

«Это циничное использование средств компании для собственного обогащения», - убежден Валентин Землянский. Он напоминает, что Коболев один раз уже получал премию в 19 млн грн. «Тогда и премировать-то особо не было за что. Те 19 млн грн были выплачены только за промежуточное решение в Стокгольме - и то не в пользу "Нафтогаза"», - говорит эксперт.

Речь идет о решении Стокгольмского арбитража от 22 декабря 2017 года, по которому НАК должен выплатить «Газпрому» $ 2,019 млрд за недобранный газ. И хотя в окончательном решении арбитража «Газпром» должен НАКу $ 4,6 млрд, но номинально по взаимозачету — $ 2,6 млрд ($ 2 млрд с суммы компенсации Стокгольмский арбитраж списал с «Нафтогаза» в пользу «Газпрома» за долги по поставкам газа).

Руководство «Нафтогаза» так и не дало внятных объяснений, почему премии в 1% начисляются от всей суммы выигрыша в $ 4,6 млрд, а не от $ 2,6 млрд, которые номинально по решению Стокгольмского арбитража должен выплатить «Газпром» НАКу. Тем более, «Газпром» не собирается выполнять окончательное решение Стокгольмского арбитража от 28 февраля 2018 года. Руководство российского газового монополиста заявило, что считает его несправедливым. А через 3 дня после его принятия, 2 марта, «Газпром» досрочно разорвал все контракты с «Нафтогазом». Фактически премии пока платить не за что. Так бы расценили эту ситуацию акционеры любой иностранной компании.

Но это иностранные компании отталкиваются от коммерческой целесообразности. У нас же — от бюрократических формальностей. У топ-менеджмента «Нафтогаза» формальные основания выписывать себе премии в десятки миллионов долларов были. В постановлении Кабмина, принятом в декабре 2016 года (№ 1044, п. 37 «Положение о правлении»), говорится: «Структуру и размер вознаграждения главе и членам правления устанавливает наблюдательный совет и регулярно их пересматривает». Иными словами, набсовет компании вправе назначать премии высшему руководству.

Но тот же п. 37 того же положения в том же постановлении Кабмина ставит под сомнение обоснованность размеров премий. В нем говорится: «Система вознаграждений должна отвечать структуре и уровню, установленным на рынке, и учитывать не только персональные показатели, но и бизнес-ситуацию компании, ее финансовое состояние и перспективы». Однако $ 46 млн премии явно не отвечают «…уровню, установленному на рынке…».

Что касается «финансового состояния и перспектив», то здесь у «Нафтогаза» вроде бы все в порядке. Но, по мнению экспертов, это только видимое финансовое благополучие. «Если смотреть на финансовые показатели, без учета других факторов, как это делают аудиторские компании, то работу „Нафтогаза“ можно считать эффективной, — говорит Валентин Землянский. —  А если рассматривать совокупность всех факторов, то очевидно, что „Нафтогаз“ раздувает прибыль за счет дочерних компаний».

«Заморозка» реформы

С 2015 года, когда правительство Яценюка приняло решение о реформе газового сектора (постановление № 375-р), проделано столько юридических манипуляций, «заморозивших» реформу НАК «Нафтогаз» на неопределенное время.

Напомним, что реформа «Нафтогаза» — одна из ключевых, которую руководство Украины обещало МВФ согласно Меморандуму от 2015 года. Ее суть — в разделении газового монополиста на три юрлица по видам деятельности: транзит, добыча и реализация.

В декабре 2015 года Кабмин принял постановление № 1002 о реформировании корпоративной структуры «Нафтогаза». В нем указано, что до 1 апреля 2017 года должен быть готов весь пакет нормативных документов, необходимых для реформы. Новый устав, положение о правлении и набсовете правительство утвердило в декабре 2016-го, в постановлении № 1044.

Но за неделю до истечения крайнего срока сдачи готовых документов по реформе НАКа, 22 марта 2017 года, Кабмин принял еще одно постановление № 216, которым отодвинул начало реформы на неопределенный срок. Дело в том, что в нем говорится: новые стандарты корпоративного управления госкомпаниями должны быть закреплены законом. Для этого Кабмин подал в Верховную Раду соответствующий законопроект (№ 6428). Таким образом правительство Гройсмана переложило ответственность за реформу «Нафтогаза» на парламент.

Для независимых членов набсовета НАКа «Нафтогаз України« стало очевидно, что это витиеватое бюрократическое творчество Кабмину понадобилось, чтобы саботировать реформу.

В сентябре 2017 года набсовет демонстративно покинули Пол Ворвик и Маркус Ричардс. В прощальном письме, опубликованном на сайте «Нафтогаза», они выразили разочарование в способности украинской власти проводить реформы. То, что они не ошиблись в своих разочарованиях, подтверждает ситуация с законопроектом (№ 6428), которым правительство заблокировало реформу НАКа.

С марта 2018-го, когда законопроект был подан в парламент, он «завис» на доработке в комитете по экономической политике и ни разу не выносился на заседание парламента. Периодически в него вносят изменения (последний раз 5 июня) — комитет их принимает к рассмотрению. Судя по заключению научно-экспертного управления Верховной Рады, реформаторским этот законопроект назвать сложно. «…Значительная часть предложенных изменений носит фрагментарный характер… что вряд ли может считаться реформированием корпоративного управления», — такой вывод сделали эксперты. Когда народные депутаты и этого ли созыва созреют для принятия данного закона, неизвестно.

Реформа «Нафтогаза» остается в «замороженном» состоянии на неопределенное время. Такая ситуация выгодна и Кабмину, и руководству НАКа, которые никак не могут поделить «шкуру неубитого медведя»: кто какую из трех компаний в результате раздела «Нафтогаза» будет контролировать. Премьер-министр Владимир Гройсман всегда может списать провал реформы газового сектора на неуступчивость главы правления НАКа Андрея Коболева. А тот во главе НАКа получает время до переизбрания президента и правительства в следующем году, для того чтобы усилить монополию газовой госкомпании на рынке и увеличивать прибыли за счет растущих тарифов.