Нормандский процесс

«Нормандия» застряла в Минске: как Путин тормозит мечту Зеленского

28 октября 2019 | 10:00

В октябре 2019-го года, после пяти месяцев президентства Владимира Зеленского, прекращение войны на Донбассе выглядит куда более далеким, чем многим казалось с полгода назад, когда приход актера на главный государственный пост стал уже неизбежным. После последней встречи Трехсторонней контактной группы в Минске (15 октября) стороны обменялись заявлениями, более характерными для эпохи президентства Петра Порошенко, сепаратисты и Москва прибегают к обвинительной риторике, которой не слышно было с середины прошлой зимы, а прямые переговоры Зеленского с Путиным в многострадальном «Нормандском формате» так и не приблизились.

Тем временем новый раунд переговоров в Минске должен состояться уже 29 октября. Но оснований для подвижек к миру не видно.

Неудачи начались с попытки развести войска в трех «контрольных пунктах» — Станице Луганской, Золотом и Петровском. Еще 1 октября переговорщики пришли к согласию, что в случае успеха этого плана должно воспоследовать и разведение войск по всей «линии соприкосновения». В Станице Луганской в это время, собственно, огонь уже прекратился и вовсю шло восстановление критически важного для местных жителей моста.

Инициатива с мостом сопровождалась многочисленными «пиар-диверсиями», вроде вывешивания флагов сепаратистов с «той» стороны моста в ответ на появление украинского Государственного флага с «этой». Но до трагических последствий не дошло, мост таки отремонтировали, и официальный Киев уже готов был записать это в свой актив наряду с известной историей об обмене пленных месяцем ранее, 7 сентября.

Увы, не сложилось. Разведения сил в Золотом и Петровском так и не произошло, и это загнало тему моста в глубокую тень. Существует мнение, что власти испугались прошедших накануне акций протеста движения «Нет капитуляции!» и выезда на «линию разграничения» групп ветеранов и ультраправых активистов, которые пригрозили заменить собой войска в случае отвода последних.

Эту версию активно поддерживают, с одной стороны, оппоненты «капитуляции» и лично президента Зеленского, а с другой — российская пропаганда, которая не теряет надежды загнать Зеленского в психологический тупик, выставляя его «безвольным и слабым» главнокомандующим.

В то же время не стоит забывать об официальном объяснении Киева: боевики не придерживались на участках разведения войск оговоренного семидневного режима прекращения огня. Это объяснение ценно тем, что его, как ни странно, не отвергают сами боевики.

В контробъяснении «министра иностранных дел ДНР» Натальи Никоноровой так и было сказано: дескать, «семь дней тишины» оговаривались в самом начале процесса, а это начало, на минуточку, было еще в октябре 2016-го, три года назад. Теперь же, по версии мятежников, речь идет об «устранении нарушений в процессе разведения войск», а значит, требования насчет тишины можно как бы и не соблюдать.

Аргументация сепаратистов, как видим, довольно шаткая. Тем не менее, и несмотря на продолжение огня, боевики демонстративно, в присутствии наблюдателей ОБСЕ и при широком освещении российскими СМИ, в течение нескольких дней пускали в районах Золотого и Петровского белые сигнальные ракеты — заранее согласованный знак готовности к разведению войск. В этот-то момент стало окончательно понятно, что речь идет именно о демонстрации, призванной показать «неконструктивность» позиции Киева.

С другой стороны, тот факт, что о требовании «семи дней тишины» украинские высокопоставленные лица, включая главу МИД Вадима Пристайко, заявили практически сразу после достижения договоренностей 1 октября, показывает: Киев заранее оставил себе выход из «капитуляционного тупика». Еще до акций протеста.

В свете вышесказанного дальнейшие события удивлять не должны. В частности речь идет о сенсационном заявлении украинских переговорщиков в Минске 15 октября насчет необходимости распустить «ДНР» и «ЛНР», которые ведь все равно не являются формально сторонами переговоров. И ответе главарей сепаратистов с призывом «распустить» Украинское государство.

Главным поводом для этого заявления стали требования Киева выполнить условия проведения местных выборов на оккупированных территориях, начиная с роспуска незаконных вооруженных формирований и заканчивая восстановлением контроля законной украинской власти над границей с РФ (об этих требованиях Realist писал здесь).

На самом деле эти условия практически дословно повторяют закон «Об особом порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей», более известный как «закон об особом статусе». До сих пор — особенно после согласования Киевом «формулы Штайнмайера» — в Кремле могли питать надежды, что новый закон, который лично Зеленский и другие руководители государства не раз публично обещали принять к концу года, окажется куда более удобным. Демарш с требованием роспуска «республик», пусть и оформленный как инициатива «всего лишь» главы украинской делегации Леонида Кучмы, явно удивил и главарей сепаратистов, и их московских кураторов. Иначе трудно объяснить встречные заявления насчет «роспуска Украины».

Дальше больше. Еще 10 октября на легендарном пресс-марафоне Владимир Зеленский впервые объявил, что хотел бы вынести на «Нормандский формат» тему аннексированного Крыма. Как выразился тогда украинский президент, если это и не возможность решить вопрос, то «просто возвращение его хотя бы к обсуждению». В ответ в Кремле уверенно заявили, что обсуждать вопрос о принадлежности Крыма Россия с Украиной не будет никогда и ни при каких обстоятельствах — причем, на грани дипломатического фола, комментировали эту тему не первые лица государства, а пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков.

Но и это было только начало. Поскольку в последние дин стороны успели еще раз обменяться уколами на тему полуострова. Вернее, Украина в который раз подняла вопрос о делимитации (обозначении) границы в Азовском море. Сейчас Россия там, напомним, ведет своеобразный вариант «гибридной торговой войны», регулярно затрудняя прохождение не только украинских судов, но и иностранного морского транспорта, следующего в украинские порты (или из них).

В ответ замглавы МИД Р Ф Андрей Руденко в интервью РИА «Новости» заявил, что решить проблему нетрудно. Для этого «всего лишь» надо, чтобы Украина признала принадлежность Крыма России. А тогда уж можно и границы провести — разумеется, с учетом этого «факта».

Параллельно активизировалась сепаратистская военная пропаганда. В последнюю неделю руководство тамошних «силовиков» не устает пугать свою аудиторию якобы подготовкой «украинскими националистами» терактов на объектах химпрома на Донбассе. По заявлению «замначальника народной милиции ДНР» Эдуарда Басурина, противники «мирного курса» президента Зеленского готовятся взорвать хранилища химических отходов на нескольких предприятиях, что якобы должно привести к экологической катастрофе по обе стороны «линии разграничения». Причем, внимание, эти теракты призваны стать сигналом ни больше ни меньше как к вооруженному восстанию «сторонников Порошенко» во всей Украине.

Подобные заявления — не новость. Они уже звучали ровно из тех же уст в декабре прошлого и январе этого года. Тогда в «ДНР» несколько раз объявляли, что Украина якобы намерена начать широкомасштабное наступление, поводом к которому именно и будут теракты на химпредприятиях на подконтрольной законным властям территории. Причем в подготовке взрывов обвинялись британские и американские специалисты, а также… «белые каски» войск ООН.

Тогда никакого наступления не случилось, о теме забыли — но вот она возродилась снова, только под другим соусом (и, пока, почему-то без упоминаний о якобы руководящей роли в этом деле Запада).

Вся эта сумятица определенно прикрывает нежелание Москвы общаться в «нормандском формате», причем в «сумятице» и «противоречивости» обвиняется как раз Киев. На прошлой неделе пресс-секретарь Песков, а затем — помощник Путина Ушаков, оба уже не в первый раз, публично заявили, что встрече глав Украины, России, Германии и Франции должно предшествовать «согласование документов по Донбассу», которые и будут вынесены на окончательное утверждение трех президентов и одной канцлерин. В России не делают секрета из того, что речь, в частности, идет о законодательном оформлении «особого статуса» в украинской Конституции и всеобщей амнистии боевиков.

Впрочем, Кремль также понимает, что торопиться ему никакой нужды нет. Это президент Зеленский много раз говорил о том, что возлагает на «Нормандский формат» большие надежды. В Киеве уже надеялись на переговоры в сентябре, и почти уверенно ожидали их в октябре. Но вот на носу начало ноября — а у Путина прозрачно намекает, что ни к каким переговорам Россия еще не готова.

В частности, как сообщила пресс-служба российского президента по итогам его телефонного разговора с Ангелой Меркель, «вопросы встречи лидеров четырех стран… будут обсуждаться на уровне помощников глав государств, а также руководствами внешнеполитических ведомств». То есть за два месяца дело, выходит, никуда не сдвинулось. И вряд ли встреча в Минске 29 октября что-то заметно изменит по сравнению с той, что состоялась двумя неделями ранее.