Авторские права

Нарушение авторских прав: как и почему Украина попадает в “список 301”

15 марта 2018 | 07:49


Дело было летом прошлого года на одном из крупных украинских фестивалей. Во время выхода иностранного хедлайнера погасли экраны, весь день транслировавшие выступления других групп, чтобы люди в конце многотысячной толпы могли не только слышать, но и видеть происходящее на сцене. «Они просто не хотят, чтобы завтра видео их выступления в HD-качестве появилось на торрентах», — пожал плечами стоявший рядом организатор. И многозначительно добавил: «Репутация у нашей страны, конечно…». Речь шла о защите авторских прав.

Список 301

Для цивилизованного мира с отрегулированной моделью управления авторскими правами Украина — огромный пиратский рынок «Петровка» (или «7-й километр» — как вам больше нравится). Ежегодно в стране продается интеллектуальная собственность на миллионы долларов, однако правообладатели этих денег не видят. Воруется при этом на миллиарды — и дело не только в частных интернет-пиратах. Ежегодно правительство США публикует отчет по «списку 301» — Украина в него попадает с завидным постоянством, при этом в статусе главного «пирата» в мире.

Для начала проясним, что такое «список 301» и насколько он важен. Итак, в 1974 году в США приняли Торговый закон (US Trade Act), раздел 301-й которого дает полномочия президенту США вводить экономические санкции против стран, в которых существуют торговые барьеры для американских компаний и продуктов в связи с несовершенством законов или неэффективностью правоприменительной практики в сфере охраны интеллектуальной собственности. Таким образом американские правообладатели лоббируют свои интересы во всем мире, используя для этого всю огромную американскую государственную машину.

В ежегодном «Специальном отчете 301» (Special 301 report) «пиратские» страны делятся на три категории: Priority foreign country (приоритетная страна), Priority watch list (страны под первоочередным наблюдением) и Watch list (страны под наблюдением). В зависимости от тяжести «содеянного» по отношению к ним могут применяться различные санкции — от двусторонних консультаций до экономических ограничений.

Украина в этом списке с 1997 года. В 2001-м, будучи крупнейшим рынком контрафактной CD-продукции в Восточной Европе, она получила статус Priority Foreign Country. А вместе с ним — экономические санкции в отношении некоторых групп товаров и отмену льготных условий импорта в США. В 2006-м статус приоритетной страны сняли — чтобы вернуть в 2013-м. Более того, в 2013 году в списке Priority foreign country находилась только одна (!) страна — Украина. Озвучили три претензии: недостаточная урегулированность деятельности организаций коллективного управления авторскими и смежными правами, масштабное использование нелицензированного ПО в органах государственной власти и шокирующее интернет-пиратство. Угрожали опять ввести санкции, но не ввели — в 2014-м сделали поблажку, поскольку в стране и так рухнула экономика. В 2015 году статус улучшился до Priority watch list. Однако решение не базировалось ни на каких изменениях внутри самой страны — это был лишь политический жест доброй воли США. Если убрать все дипломатические формулировки, на самом деле в отчете говорится о том, что ни по одному из трех пунктов замечаний нет подвижек, но «они обещают стараться». Честное слово.

Воруют — все

По факту же грубым нарушением авторских прав занимается даже крупнейший государственный концерн «Укроборонпром». В июле 2017-го ученые из консорциума «Инновационно-технологическая группа» подали иск на входящее в концерн предприятие за неправомочное использование в производстве запатентованного ими изобретения. Пять лет ученые не получали роялти, а радиолокационные станции с запатентованной составляющей продолжали продаваться. Более того — «Укроборонпром» заключил договор на их поставки в США, включив роялти в стоимость контракта. На госпредприятии все отрицают.



Согласно оценкам американских аналитиков, 60−80% программного обеспечения, установленного в госорганах страны — нелицензионный софт. Самое парадоксальное, что даже правительственный законопроект о борьбе с «пиратством» в интернете, скорее всего, был подготовлен на нелицензионном ПО — в свойствах документа обнаружили подпись «Grizli777». И она вполне может быть «меткой» автора пиратской сборки софта. А если в «пиратов» играет даже правительство страны, зачем за софт платить обычным гражданам? «В 2016 году только 5−7% геймеров покупали лицензионную версию игры, остальные использовали „пиратские“ версии. То есть упущенная выгода составляет от $ 1,360 млрд до 1,904 млрд», — говорит юрист Илья Левченко.

Воруют даже книгоиздатели. Так, Ивано-Франковский городской суд рассматривал дело общественной деятельницы Евгении Бардяк. Женщина провела десятки интервью, чтобы рассказать о погибших во время Революции достоинства героях Прикарпатья. А после обнаружила свои тексты в издании «Книга скорби, памяти и уважения Украины. Ивано-Франковская область. Герои Революции достоинства», отпечатанном за деньги областного бюджета. Под ними стояла чужая фамилия, а то и просто отсутствовало авторство. Суд длился больше года. Денег Бардяк не требовала — ей было достаточно признания факта нарушения авторских прав, прекращения распространения книги и публичных извинений. Извинения таки появились — в областной газете за «техническую ошибку». Суду этого хватило — в решении отметили, что популяризация этих историй является более важной, чем все, что касается авторского права.

Или другая история — на этот раз об использовании фотографии. В книге издательства «Ранок» (ISBN: 978−966−672−289−1) «Рыбки — экзотика подводного мира» на 8−9-й страницах отпечатано фото, украденное из личного блога харьковского аквариумиста Максима Платухина. Об этом сам Максим узнал только летом 2017 года, когда получил книгу в подарок от своего друга. На претензию автора издательство ответило неожиданно: «Если хотите, можете подавать в суд. Мы будем затягивать рассмотрение в суде до бесконечности». Так кто же заботится о защите авторских прав?

«Защита авторского права — это забота прежде всего автора как монопольного владельца своими правами. Потому что от него должна исходить инициатива по пресечению нарушений. Государство помогает нормами права, присоединениями к международным актам. А уже сами творцы и их представители идут в суды, пишут претензии, придумывают иные досудебные способы влияния», — отмечает юрист в сфере авторского права, управляющий партнер Правового дома «Копирайт» Юлия Иськова.



По словам юриста, авторам стоит действовать на опережение — не ждать альтруистов, которые будут бесплатно защищать их права, а регистрировать авторское право, торговые марки, промышленные образцы, получать патенты. В современном мире достаточно способов противостоять плагиаторам и «пиратам».

К слову, о «пиратах» — именно из-за них для пользователей из Украины до сих пор не доступен самый популярный музыкальный стриминговый сервис Spotify. Вместо него — сотни торрент-трекеров и онлайн-кинотеатров, на которых фильмы появляются в день премьеры, а то и раньше. Опыт ex.ua, «Вконтакте» и «Одноклассников» показал: когда государство хочет, оно блокирует. Значит, просто не хочет. А люди добровольно не хотят покупать.

«Пусть каждый наш гражданин начнет с себя: пользуется платными ресурсами по скачиванию музыки, фильмов и т. д. Не ищет способы для бесплатных незаконных действий, а в буквальном смысле воспринимает предупреждение об уголовной и административной ответственности. Потому что нельзя говорить в разрезе „пиратства“ о том, что виновато только государство», — говорит Юлия Иськова. И добавляет — в борьбе с «пиратством» лояльные методы не работают. Справиться с ним можно, только ужесточив привлечение к ответственности, приучив население к мысли о ней.

Золотая ниша роялти

В Украине существуют одна государственная и 18 частных Организаций коллективного управления авторскими правами (ОКУ). Все они занимаются сбором авторских вознаграждений для отечественных и иностранных правообладателей — тех самых денег, которые до них зачастую просто не доходят.

«Представьте ситуацию — бегают по рынку 18 организаций и каждая сама себе собирает. Вот только большинство этих организаций вообще никому ничего не выплачивают», — говорит руководитель крупнейшего ОКУ — Украинского агентства авторских и смежных прав (УААСП) Дмитрий Костюк.

По словам бывшего музыкального продюсера, сборы авторских роялти в Украине должны составлять несколько миллиардов гривен. Возглавляемая им ОКУ в 2017 году вышла на рекорд — 62 млн грн. Еще пару десятков миллионов собрали остальные 18 организаций — в сумме роялти не дотягивают и до 100 млн грн. Это в 650 раз меньше, чем в США, и в 300 — чем в любой стране Евросоюза.

При этом необходимые международные договоры с организациями-партнерами и членство в мировых сообществах есть только у одной ОКУ — государственной УААСП, отмечает юрист Юлия Иськова. Так что сотрудничество украинских и зарубежных авторов с ней — вынужденная необходимость.

При этом выплачивать деньги западным авторам начали только пару лет назад — по словам Костюка, даже несмотря на небольшие суммы, там очень удивились. Роялти за использование авторского контента на видеохостинге YouTube было распределено только летом 2017 года — впервые в истории авторского права в Украине.



«К сожалению, приходится констатировать тот факт, что защита авторского права в нашей стране находится на катастрофически низком уровне. Долгие годы мы наблюдали, как наши авторские „уплывали“ в неизвестном направлении. Суммы, отчисляемые нам, брались буквально „из головы“ — тому чуть-чуть, этому немножко. Своих реальных сумм не знал никто и никогда», — комментирует композитор, народный артист Украины Игорь Поклад. И отмечает: в последние два года ситуация действительно изменилась, выплаты выросли почти на 40%.

«Только пару лет назад авторы начали задавать вопросы относительно выплат на профессиональном уровне и дисциплинировать УААСП. Но до сих пор еще нет прозрачности в выплатах и начислениях, контроле через цифровые системы или личные кабинеты. Пережитки прошлого дают о себе знать. А выплаты выросли в связи с глобализацией, доступом к электронным скачиваниям и т. д.», — поясняет Иськова.

Сам руководитель УААСП хочет, чтобы предприятие перестало быть государственным, а трансформировалось в три-четыре ОКУ, которые будут полностью подконтрольны авторам и музыкальным издателям. Отдельно — для музыкальных прав, отдельно — для смежных (так называемых производителей фонограмм). Третья — для защиты прав в кинематографе, четвертая — в живописи и т. д. Так, как это практикуется в Европе. Сегодня же все существующие ОКУ сконцентрировались только на сфере публичного исполнения контента.

«Подобные УААСП организации создавались путем объединения авторов и владельцев прав с целью их защиты. А у нас еще с советского времени создание подобных организаций инициировалось государством. Историческая особенность менталитета. Реформирование в целом необходимо, но без радикальных действий, которые парализуют работу сборов и выплат», — отмечает Юлия Иськова.

Специализированный суд

В 2017 году компания Adidas подала в суд на небольшого импортера из Харькова — украинскую промышленную компанию «Лехтех». Претензии касались интеллектуальных прав — речь шла о ввозимом в Украину китайском контрафакте, подозрительно напоминающем обувь известной марки. Другая корпорация — Roshen — в прошлом году начала битву за «Киевский торт». Иски о нарушении права интеллектуальной собственности при выпуске продукции, а также требования запретить дистрибьюторам ее реализацию, были направлены сразу в несколько компаний. В Украине существует необходимое законодательство — дело в неуклюжести и неповоротливости системы. Ну, и в менталитете, как бы банально это ни звучало.

Сейчас дела об интеллектуальной собственности рассматриваются хозяйственными или обычными районными судами. И как следствие — зачастую теряются в общей массе, процессы затягиваются. И все же, по словам юриста Юлии Иськовой, с начала 2000-х сформирована положительная судебная практика, где судебные коллегии по интеллектуальной собственности рассматривают дела по авторскому праву и выносят решения в пользу авторов и правообладателей.

«В свете судебной реформы мы ожидаем создания патентных судов, которые пока существуют в виде деклараций в кодексе. И только время и судебная практика покажет, насколько профессиональнее будет рассмотрение исков по нарушению авторского права, смежных прав, патентного права», — говорит Иськова.

9 сентября прошлого года в Украине появился Высший суд по вопросам интеллектуальной собственности — правда, пока только на бумаге. Эксперты уверены: поскольку политики слишком заняты Антикоррупционным судом и не устраивают на почве интеллектуальной собственности шумиху и торги, у IP-суда есть все шансы на быстрый запуск. Так, в марте уже началось квалификационное тестирование на занятие 21 вакантной судейской должности.

Неоднозначный момент касается вопроса апелляции — в рамках суда будет создана соответствующая палата, однако все равно повторное рассмотрение дел станет происходить в рамках того же суда. Кассацию при этом будет рассматривать специализированная палата Верховного суда, который также еще в процессе создания. И все же на Высший суд по вопросам интеллектуальной собственности эксперты возлагают большие надежды.