Среди многочисленных внешнеполитических проблем Украины все более заметное место занимают в последнее время сложности в отношениях с соседями — не восточными и северными, но западными. По разным причинам и поводам Польша, Венгрия, Словакия и Румыния прибегают к антиукраинской риторике разной степени интенсивности и направленности, разрушая представление многих еврооптимистов о том, что ради противостояния с Кремлем Восточная Европа будет поддерживать Украину всегда и во всем. Как выяснилось, далеко не во всем и за определенную цену. Такой ценой все чаще становятся вопросы, связанные с национальными проблемами.
С Польшей у нас затяжной конфликт на тему трактовки исторических эпизодов, но за этими эпизодами скрываются вопросы национальной идентичности, важные и для нас, и для поляков. Простые рецепты вроде «оставить историю историкам» работать не будут. С Венгрией и в меньшей степени с Румынией мы спорим о границах прав национальных меньшинств, которые, как выяснилось, иногда плохо сочетаются с нашим курсом национальной консолидации. В целом иногда может показаться, что выбирая традиционный для Восточной Европы XIX века путь построения национального государства, мы платим за него ослаблением собственных позиций в международной политике. Насколько оправдана такая цена?
В Украине сегодня, по большому счету, противостоят друг другу как минимум два видения будущего развития страны. Одно из них — это привычное и узнаваемое по лозунгам «Украина — это Европа». Договор об Ассоциации Евросоюза с Украиной, курс на членство в ЕС, европейские ценности и звездные флаги — его составляющие. Это видение всем хорошо, кроме того, что не работает на практике. Еврооптимизм в Украине — это, как правило, разговоры об отвлеченных и абстрактно-философских вещах, которые имеют все меньшее отношение к практике внешней и, что особенно важно, внутренней политики. Поэтому есть и второе видение, которое предполагает построение государства вокруг национальных ценностей с акцентом на языке, истории, славном прошлом и героях и предателях. Для воюющей страны этот путь совершенно естественен. Вот только проблема в том, что он плохо совместим с философией европейской интеграции. Но мы делаем вид, что не видим этой несовместимости. Европейцы же в различной форме нам на это указывают.
Венгерские политики, заявляющие о том, что будут блокировать евроатлантические устремления Украины, конечно, могут быть выставлены как агенты вездесущего Кремля, но они просто используют разрыв между еврориторикой и практикой усиления роли национальной идентичности в обществе, который возник в последние годы в Украине. И возник, конечно, не просто так.
Апеллировать к национальным символам, героической истории, большим и малым победам прошлого — один из самых простых, эффективных и дешевых способов борьбы за власть. Мобилизация национальных чувств, эффект сплочения, а иногда и поиск врага помогают удержаться или прийти к власти, что особенно заметно на примере нашего, на этот раз восточного, соседа.
Политическим элитам проще строить нацию, чем решать сложные проблемы. Как раз, сложность внутренних проблем и стала для них сильным драйвером внедрения всякого рода этносимволических элементов в концепцию современного украинца. Наверное, нет ничего плохого в построении нации вокруг языка, религии и истории — многие государства проходили этот путь всего каких-то 200 лет назад. Но в таком случае побочным эффектом почти всегда оказываются проблемы с соседями.
Современный мир сложен, а этнополитическая карта Европы — и того сложнее. Судьбы народов и территорий тесно переплетены, за последние 100 лет границы и названия государств менялись бесчисленное количество раз. Подавляющее большинство государств полиэтничны. Затрагивать в такой среде вопросы, скажем, истории означает посягать на картину мира, заботливо выстроенную твоим соседом. Ведь не только украинские элиты предпочитают простые и дешевые способы выигрывать выборы.
Результат такого взаимодействия сегодня налицо. Конфликт с Варшавой тлеет и в любой момент может вспыхнуть вновь. Из Будапешта раздаются все более решительные негативные оценки политики Украины, и они находят отклик в сердцах венгерских избирателей. Киеву не стоит надеяться на то, что ситуация разрешится сама собой после следующих выборов.
Вместо этого стоит понять, что часть ответственности за возврат Восточной Европы к стилю поведения, характерному для начала ХХ века, лежит и на нас. Тот путь национальной консолидации, который мы выбрали, задевает интересы наших соседей. Точкой приложения усилий чаще всего становятся как раз национальные меньшинства, и не потому, что это какой-то антиукраинский заговор — просто эти группы первыми оказываются на передовой линии подобных противостояний. Их интересы будут защищаться, с большей или меньшей интенсивностью.
Наши западные соседи находятся в более влиятельной позиции: мы от них зависим сильнее, чем они от нас. Кроме того, они — члены НАТО и ЕС. Киев, поставив своей целью вступление в обе организации, не может просто так отмахнуться от этого факта. Использовать этот рычаг для того же премьер-министра Венгрии Виктора Орбана естественно. И он не боится повышать ставки. Есть ли такая возможность не бояться и у нас?
