Транссексуалы

Как транссексуалы меняют пол в Украине

19 декабря 2016 | 19:48

Транссексуалам теперь будет проще получить медицинскую помощь. Министерство здравоохранения Украины приводит к международным стандартам оказание помощи тем, кто хочет провести коррекцию пола.

Старые нормы фактически просуществовали 20 лет и включали в себя обследование пациента у множества врачей, в том числе стационар в психиатрической больнице и обязательную хирургическую стерилизацию. Теперь они будут отменены, как только министр здравоохранения подпишет новый приказ.

Realist поговорил с теми, кого эти изменения касаются непосредственно — с украинскими транссексуалами.

Пойду и застрелюсь

«Никто из моего окружения не знал о том, что я чувствую себя девочкой. Даже родители. За несколько дней до своего 30-летия меня так достало это состояние, что совершила попытку самоубийства. Пыталась застрелиться, но ружье дало осечку», — рассказывает Оксана, жительница Киева, попросившая не называть ее фамилии. Она говорит, что не хотела бы, чтобы из-за ее откровений у родителей были проблемы.

«Ощущения, что я девочка, испытывала с детства. Я не понимала, отчего я мальчик. Позже, лет в семь, когда добралась до медицинской литературы, поняла физиологические различия», — добавляет она. Неудачная попытка самоубийства стала своеобразным толчком для Оксаны, чтобы начать переход — так транссексуалы называют коррекцию половой принадлежности.

Согласно международной классификации болезней 10-го пересмотра (МКБ-10, последний в серии пересмотров классификаций), транссексуализм относится к психическим расстройствам и расстройствам поведения. Это желание быть и восприниматься окружающими как лицо противоположного пола, обычно сопровождаемое ощущением дискомфорта от своего анатомического пола.

За последние три года сменить пол попытались, как минимум, 55 украинцев. Именно такое количество транссексуалов подали заявки Комиссии по вопросам смены половой принадлежности, говорит Realist`у Сергей Шум, который входит в состав Комиссии. За это время разрешение на корректирующие медицинские вмешательства получили 32 человека.

В реальности количество людей, желающих сменить пол, больше, чем показывает официальная статистика. Одни не решаются обратиться за медицинской помощью, другие готовы рискнуть. Сергей Шум говорит, что из-за излишне затянутой процедуры в Украине транссексуалам проще сделать коррекцию в другой стране. Нередки случаи, когда такие люди приходят в Комиссию за медицинским свидетельством о смене пола постфактум.

«Комиссия выдавала свидетельство, так как факт изменения пола уже свершился и отрицать его было бы бессмысленно. Для тех же, кто решался пройти полную процедуру в Украине, путь довольно длинный», — говорит Сергей Шум.

За стеклом

Прохождение Комиссии — последний этап в цепочке процедур, предусмотренных приказом Минздрава № 60 от 2011 года.

Человеку, пожелавшему сменить пол, сначала надо было обратиться к врачу-сексопатологу. Именно он мог подтвердить диагноз «транссексуализм». Не менее года кандидат находится у него под наблюдением, чтобы врач определил уровень социальной адаптации пациента «с объективным описанием поведения на работе и по месту проживания».

Кандидаты зачастую на этом этапе уже принимают гормоны. «С 2012 года я начала гормонотерапию самостоятельно. Специалистов у нас в городе не было. Их вообще мало из-за небольшого числа транссексуалов. Пришлось обращаться за консультациями к тем, кто проходил что-то подобное раньше», — рассказывает Оксана, которая до лета 2014 года жила в Донецке.

Война, по сути, подтолкнула к решению начать гендерный переход. «Это нельзя начинать там, где ты живешь. Глупо, да и опасно. Родители еще могут принять твой переход, а вот окружение — никогда. Поэтому я с любимым человеком переехала в Киев», — поясняет Оксана.

В июле 2014 года она встала на учет к сексопатологу Борису Ворнику. В ноябре того же года устроилась в коммерческую компанию на должность юриста. Свою транссексуальность перед работодателем не скрывала.

«Это нельзя начинать там, где ты живешь. Глупо, да и опасно. Родители еще могут принять твой переход, а вот окружение – никогда. Поэтому я с любимым человеком переехала в Киев»

Помимо наблюдения у сексопатолога, нужно было обследоваться у психолога по месту проживания, а затем пройти стационарное психиатрическое обследование от 30 до 45 дней, где подтверждают или исключают диагноз «транссексуализм». Для многих эти процедуры становились испытанием на прочность.

В процессе обследований врачи часто относились к пациенту как к преступнику, обвиняли во лжи, пытались поймать на несоответствиях при опросах, как будто по умолчанию он в чем-то виноват, вспоминает Даниель, транс-мужчина, который прошел процедуру в 2010—2011 годах. «Мне повезло — я выглядел достаточно „соответствующим“, чтобы они изначально видели во мне парня и не настолько придирались, как к некоторым другим знакомым мне транс-людям», — говорит он Realist`у.

В общественной организации «Т-ема» (ее называют добровольным объединением и гражданской инициативой транссексуальных лиц) говорят, что транссексуалы, не зная своих прав, на этом этапе фактически оказывались в заключении в психиатрической больнице, испытывая негативное отношение к себе со стороны других пациентов.

«Я отлежал в мужской палате и в общем без эксцессов, несмотря на то, что несколько раз персонал называл меня в женском роде», — рассказывает Даниель.

Психотерапевт должен был учитывать ряд противопоказаний по смене пола: достиг ли пациент 18 лет, находится ли в браке, имеет несовершеннолетних детей, является гомосексуалистом и прочее.

Примечательно, что в приказе № 60 говорилось, что с транссексуалами «должна проводиться интенсивная психотерапевтическая работа, направленная на отказ пациента от изменения (коррекции) половой принадлежности».

Только после этих хождений по мукам кандидат мог подать заявление в Комиссию по вопросам коррекции пола, за которой было решающее слово, разрешать ли операцию. После этого Комиссия же выдавала медицинское свидетельство о смене пола, на основании которого в ЗАГСе можно было получить новое свидетельство о рождении и паспорт.

Оксана отмечает, что решила пройти предусмотренную процедуру, не желая нарушать закон. «Это заняло два года. В апреле 2016 года я получила разрешение на коррекцию пола. Буду скоро выезжать за границу и там делать операцию», — рассказывает Оксана. Коррекция обойдется ей в $ 2−2,5 тыс.

Все на психотерапию

Приказ № 60 не соответствовал мировой практике. Об этом говорят как представители общественных организаций по защите прав трансгендеров, так и специалисты. «К примеру, в нем предусматривалась психотерапия только для профилактики суицида для лиц, которым комиссия отказала в смене пола. И проводил ее кто? Сексопатологи! Не психотерапевты. Это же смешно», — отмечает Оксана.

«По моему глубокому убеждению, все пациенты, убежденные в своей принадлежности к противоположному полу, должны проходить курс психотерапии. Ведь иногда о желании сменить пол заявляют люди, не являющиеся транссексуалами», — говорит Александр Дмитренко, психотерапевт, в 2014—2015 годах — практический психолог в киевском Центре планирования семьи, сексологии и репродукции человека (проводил психологическое обследование людей, которые хотели сменить пол).

В его практике был случай, когда один из пациентов имел все признаки эгодистонической гомосексуальности (неприятие своей сексуальной ориентации и желание это «вылечить»). Позже предположения подтвердились.

«Психотерапия также способна разрешить эмоциональные и поведенческие проблемы, которые так или иначе характерны для таких пациентов», — добавляет Александр Дмитренко.

Принудительная стерилизация

Наибольшие нарекания вызывали требования обязательной хирургической стерилизации, которую заставляла делать Комиссия (и не выдавала медицинского свидетельства, если транссексуал не проходил эту процедуру). «Действующие правила не предусматривали обязательное хирургическое удаление половых органов. Это не было прописано в приказе № 60. Но Комиссия исходила из того, что при транссексуализме наблюдается дискомфорт от своего анатомического пола и желание подвергнуться хирургическому вмешательству, чтобы соответствовать предпочитаемому полу», — поясняет Сергей Шум.

На Западе, к слову, транссексуалов не обязывают проходить коррекцию, а ограничиваются гормональной терапией и не меняют первичные половые признаки. При этом возможно иметь вторичные половые признаки желаемого им пола (к примеру, голос, строение тела, щетина на лице, женская грудь).

«Я не хочу проходить необратимую хирургическую коррекцию по смене пола. Я не поддерживаю бинарную гендерную систему, то есть когда пол и гендер обязан соответствовать полному набору типовых представлений о мужчине или женщине», — рассказывает транс-женщина Инна Ирискина, сотрудница общественной организации «Инсайт».

Периодически у Инны возникают проблемы в ситуациях, когда ей нужно показать документы. Не все понимают, почему ее внешность не соответствует фотографии в паспорте. Поэтому в последнее время Инна носит с собой заграничный паспорт, где фотография сделана относительно недавно.

Бывает, что транссексуалы отказываются от стерилизации, но меняют имя и фамилию в паспорте. «Но есть проблема со сменой отчества, в котором сохраняется окончание женского или мужского рода, согласно указанному полу в свидетельстве о рождении», — уточняет Инна.

Без принуждений

Согласно новому приказу теперь пол смогут сменить лица, подпадающие под определение МКБ-10.

Теперь процедура будет выглядеть так: кандидат должен будет обратиться к семейному врачу, который ставит предварительный диагноз и направляет его к другим специалистам, под наблюдением которых пациент будет находиться не менее двух лет. После чего семейный врач, а не Комиссия, выдаст медицинское свидетельство о смене (коррекции) пола. Прохождение стационарного наблюдения в психдиспансере будет необязательным, но предусмотрена психологическая помощь людям с транссексуальной идентификацией.

Хирургическая стерилизация, как оказалось, по новому протоколу также остается. А вот стационар в психиатрической больнице теперь будет по необходимости.

Но кто решает, необходимо это или нет, в протоколе не прописано. Те, кто принимал участие в разработке новых норм, говорят, что эти пункты появились как черт из табакерки. И транссексуалы ими очень недовольны.

По словам Инны, эта и ряд другим норм не обсуждались на рабочей группе по разработке клинического протокола. «Но, с другой стороны — разрешение доступа к репродуктивным технологиям и усыновлению — это большой шаг вперед», — говорит Даниель. Это еще одно новшество приказа: теперь транссексуалы или их супруг/супруга смогут усыновить ребенка и получат право пользоваться репродуктивными технологиями.

Текст: Вероника Гаврилюк

Иллюстрации: Таша Шварц

Фото: из личных архивов