Эпоха войн в управлении ИИ пришла быстрее, чем человечество успело установить правила ответственности за «машинные» решения. Об этом пишет Игорь Петренко, основатель аналитического центра "Объединенная Украина", доктор политических наук в своей статье для The Gaze. Эта версия публикации является переводом на русский язык.
Двадцать восьмого февраля 2026 г. Соединенные Штаты и Израиль начали Operation Epic Fury – масштабную военную кампанию против Ирана. За первые двадцать четыре часа было поражено более тысячи целей. Однако настоящей сенсацией стало не само количество ударов, а способ, которым они были спланированы: впервые в истории искусственный интеллект превратился из вспомогательного инструмента в несущую инфраструктуру масштабных боевых операций. Командующий Центральным командованием США адмирал Брэд Купер официально подтвердил, что для планирования ударов использовался целый набор передовых ИИ-систем. Мир вступил в новую эпоху ведения войны – и вступил в нее без правил.
Operation Epic Fury стала первым масштабным полем боя искусственного интеллекта
Темп боевых операций вышел за пределы всего, что человечество видело раньше. Согласно данным Center for Strategic and International Studies , после первых трех недель кампания вышла на стабильный ритм в 300–500 пораженных целей в сутки. К моменту временного прекращения огня, объявленного 7 апреля при посредничестве Пакистана, общее количество пораженных объектов превысило все исторические аналоги. Белый дом оценил операцию как 38-дневную кампанию, в которой было уничтожено более 85% иранской оборонно-промышленной базы, более 2000 ударов пришлись на командно-контрольную инфраструктуру, а сам процесс обошелся Соединенным Штатам около 25 миллиардов долларов.
Для сравнения: во время Второй мировой войны цикл воздушного целенаправления – от сбора аэрофотографий до формирования пакета для удара – занимал недели, а нередко и месяцы. Первоначальная фаза вторжения в Ирак в 2003 году сопровождалась меньшей интенсивностью авиационных ударов, чем один-единственный день Operation Epic Fury. В 2026 году то, что раньше было цепью принятия решений длиной в дни, сжалось до минут и секунд. Это не маргинальный технический прогресс. Это цивилизационное смещение в механике войны, которое произошло раньше, чем человечество успело создать архитектуру управления им.
Project Maven сократил цепь поражения от дней до секунд
Project Maven запустили в 2017 году как узкий эксперимент: помочь аналитикам Пентагона ориентироваться в потоке видео с беспилотников. Операторы тонули в кадрах, ища цели, которые появлялись на секунды и исчезали. Задачей Maven было отыскать иглу в стоге сена. Через восемь лет программа превратилась в полноценную ИИ-систему управления полем боя – резко ускоряющую kill chain (термин, обозначающий последовательность действий от обнаружения цели до ее поражения).
Ядром этой трансформации стала Maven Smart System, разработанная компанией Palantir после того, как Google под давлением своих сотрудников вышел из проекта в 2018 году. Как описал журнал Republic World , система интегрирует более 150 источников разведывательных данных – спутниковые снимки, потоковое видео с дронов, радарную информацию, перехват радиосвязи, анализ поведенческих паттернов – и в реальном времени выдает приоритетные списки целей с координатами GPS, рекомендациями по автоматизации и вооружениям. Исследование Джорджтаунского университета 2024 показало: в 18-м воздушно-десантном корпусе Армии США ИИ сократил команду из 2000 разведывательных аналитиков до всего 20 человек.
Внутри самой Maven Smart System ключевую роль сыграла языковая модель Claude от компании Anthropic. Именно она позволяла военным взаимодействовать с системой на естественном языке, получать объяснения принятых рекомендаций и отслеживать логику оценок. По данным The Wall Street Journal, Claude уже использовался в январской 2026 операции по задержанию венесуэльского лидера Николаса Мадуро и для разведывательных оценок и определения целей в текущем конфликте с Ираном. CEO Palantir Алекс Карп публично сформулировал стратегическую логику: мир разделится на тех, кто имеет такие системы, и тех, у кого нет, а сокращение kill chain до секунд делает противника устаревшим. Именно эта логика сейчас диктует темп глобальной гонки ИИ-вооружений.
Anthropic отказала Пентагону в снятии ограничений и получила беспрецедентный бан
В июле 2025 года Anthropic, Google, OpenAI и xAI получили от Пентагона контракты на сумму до 200 миллионов долларов каждый – на ускорение внедрения ШИ-моделей в систему национальной безопасности. Сама Anthropic в судебных документах сообщила, что Claude стал наиболее широко развернутой фронтирной ШИ-моделью в Министерстве обороны . Однако в сентябре 2025 года, когда начались переговоры о развертывании Claude на платформе GenAI.mil, возник конфликт. Пентагон требовал неограниченного доступа к модели для всех законных целей. Anthropic настаивал на двух красных линиях: никаких полностью автономных систем вооружений, которые выбирают и поражают цели без участия человека и никакого массового наблюдения за гражданами США.
Двадцать седьмого февраля 2026 г., за день до начала Operation Epic Fury, президент Дональд Трамп в Truth Social приказал всем федеральным агентствам немедленно прекратить использование технологий Anthropic. Министр обороны Пит Хегсет (сейчас он использует титул «секретарь войны») объявил компанию «риском для цепи снабжения» – статус, ранее применявшийся исключительно к структурам, связанным с иностранными противниками, прежде всего китайскими. Как отмечает юридическая фирма Mayer Brown , это первый случай, когда подобный механизм применен против американской частной компании по мотиву ее отказа изменить внутреннюю этическую политику.
Anthropic подал два федеральных иска. Двадцать шестого марта федеральная судья Калифорнии Рита Лин (назначение администрации Байдена) выдала временный запрет на применение этого бана – в резком 43-страничном решении она пишет, как цитирует CNN Business , что ни одно положение закона не поддерживает оруэлевскую идею. правительством. Однако 8 апреля апелляционный суд округа Колумбия отказал Anthropic во временном приостановлении бана. В результате компания исключена из оборонных контрактов, но она может продолжать работать с другими федеральными агентствами в ходе судебного процесса. На смену Claude в классифицированных системах Пентагон допустил xAI Илона Маска и OpenAI.
Этот конфликт обнажил фундаментальный разлом между технологической отраслью и государством. В ситуации, когда языковая модель частной компании становится встроенным элементом kill chain государственной армии, пределы ответственности размываются. Кто отвечает за решение? Разработчик модели, оператор, командир, юрист, подписавший стандартные правила применения силы? Anthropic, по сути, попытался сохранить за собой возможность определять, каким образом его продукт может использоваться в войне. Администрация Трампа ответила, что военная власть принадлежит Верховному главнокомандующему, а не технологической компании. Этот спор будет формировать правовую и политическую архитектуру следующего десятилетия.
Удар по школе в Иране обнажил проблему ответственности в эпоху ШИ-войны
Двадцать восьмого февраля 2026 г. американская ракета Tomahawk попала в начальную школу в городе Минаб на юге Ирана. Погибли по меньшей мере 175 человек, среди них около 150 школьниц. Расследование, о котором сообщила TRT World , установило, что офицеры CENTCOM сформировали координаты удара на основе устаревших разведывательных данных. Пентагона как активная цель.
Старший лектор Университета Ньюкасла Крэйг Джонс, эксперт по структуре kill chain, в интервью Democracy Now! отметил, что современные системы сокращают десятки тысяч часов человеческой аналитической работы до секунд и минут – и это автоматизирует принятие решений о целях способом, открывающим проблематические правовые, этические и политические вопросы. По мнению исследователя, невозможно исключить, что алгоритм в конкретном случае Минабской школы не смог распознать образовательное учреждение и классифицировал его как военную цель.
По данным Министерства здравоохранения Ирана, с начала войны погибли более 1200 гражданских. Как написал в публичном заявлении коллектив авторов Newcastle University , военные юристы, которые давали советы по соответствию международному гуманитарному праву, были отстранены, а сам Хегсет публично поставил приоритет «максимальной летальности» над «теплой законностью». Когда государственная политика прямо предпочитает скорость взвешенности, гражданские потери становятся неизбежными, а механизмы ответственности – все более иллюзорными. Прецедент израильской системы Lavender в Газе, которая, по оценкам журналистов, имела 10% ложноположительных срабатываний на гражданских целях, не заставил США затормозить: он показал, что этот уровень ошибки приемлем для политических элит.
Украина превратилась в мировой полигон оборонных инноваций
Украина не внешний наблюдатель этих процессов. Она – пионер интеграции ИИ на поле боя, но в кардинально иной логике: оборонительной. Система акустической детекции Sky Fortress – около 14 тысяч недорогих сенсоров стоимостью 400–1000 долларов за единицу – по оценкам, приведенным в материалеDrone Warfare , обеспечила более 95% перехватов российских «Шахедов» во время масштабных атак. NATO выделило финансирование еще на 15 тысяч сенсоров третьего поколения, Литва внедряет систему в 2026 году, Румыния приступила к тестированию. Это первый случай прямого трансфера военно-проверенной украинской технологии в страну-член НАТО.
Украинская экосистема ШИ-обороны, как описывает ее Kyiv Independent , охватывает более 200 компаний, объединенных на платформе Brave1. Система управления полем боя DELTA интегрирует более 50 тысяч видеопотоков, в которых модуль Vezha автоматически обнаруживает враждебные цели. Гражданское приложение ePPO позволяет верифицированным пользователям сообщать о визуальных наблюдениях, которые тоже поступают в национальную картину воздушного пространства. Создано Defense AI Center «А1» как первый хаб, разрабатывающий решения для боевых операций. Министр обороны Михаил Федоров объявил о цели оснастить все фронтовые дроны машинным зрением и ШИ-функционалом.
Еще более интересная инновация – платформа Brave1 Dataroom. Как сообщает United24 Media , это хранилище миллионов аннотированных кадров из десятков тысяч боевых вылетов дронов – уникальный в мире набор данных. Иностранные партнеры могут тренировать свои ШИ-модели на этих данных, не получая прямого доступа к самому материалу: разработчики посылают свой код в защищенную среду, где происходит тренировка, а затем удалить данные невозможно. Это инверсия типичной логики зависимости – Украина становится поставщиком стратегического ресурса для союзников. По данным Atlantic Council , в 2025 году Украина произвела более 3 миллионов беспилотников всех типов и прогнозирует около 7 миллионов в 2026-м.
Украинские технологии уже защищают американские базы в Персидском заливе
Самое драматическое доказательство зрелости украинской оборонной индустрии появилось именно во время Operation Epic Fury. Как сообщило агентство Reuters в конце апреля, Соединенные Штаты развернули украинскую платформу управления Sky Map на авиабазе "Принц Султан" в Саудовской Аравии - вместе с украинскими инструкторами. Система обрабатывает данные с радаров и сенсоров, обнаруживая угрозы в реальном времени. Причина проста: американская армия отстает в области контрдронной обороны и понесла потери в живой силе и ценной технике от иранских беспилотников и ударов прокси-сил. В этом конкретном пункте Пентагон обратился не в собственный оборонно-промышленный комплекс, а в Киев.
Стратегический вес этого факта сложно переоценить. Страна, территория которой только три года назад рассматривалась как одна из потенциально роковых геополитических нагрузок для Запада, ныне решает тактические задачи мощнейшей армии мира на Ближнем Востоке. Украина перешла из категории реципиентов технологий в категорию поставщиков. Это фундаментально изменяет логику ее переговорной позиции – как в вопросах военной поддержки, так и дискуссии о послевоенной архитектуре европейской безопасности.
ООН требует международный договор об автономном оружии до конца 2026 года
На уровне международного права ситуация разворачивается в погоне за реальностью. Как напоминает UN News , в New Agenda for Peace 2023 года Генеральный секретарь ООН Антонио Гутерриш призвал государства-члены до конца 2026 года заключить юридически обязательный инструмент, запрещающий летальные автономные системы вооружений, которые функционируют без человеческого контроля и не могут использоваться в соответствии с международным гуманным. Резолюцию Генеральной Ассамблеи поддержали 156 стран. В сентябре 2025 г. 42 страны в рамках Группы правительственных экспертов по Конвенции об обычных видах оружия подписали совместное заявление о готовности начать переговоры на основе рабочего текста.
Но реальность опережает переговорный процесс. Operation Epic Fury создала необратимые прецеденты. Китай в ответ на американскую демонстрацию представил на параде 2026 года в Пекине автономные рои беспилотников, способных действовать вместе с пилотируемыми истребителями без оператора, – мероприятие лично наблюдали Владимир Путин и Ким Чен Ин. Пентагон впоследствии признал, что в области беспилотных боевых платформ США уступают Китай. Россия, в свою очередь, увеличивает внутреннее создание автономной техники. Демонстрационный эффект ШИ-войны не породил воздержания, а породил ускорение гонки. Это закономерность любой технологической революции в военной сфере: победитель первого раунда диктует темп, проигравшие спешат его догнать, а правовое пространство заполняется с отставанием на годы.
Украина может предложить миру новую архитектуру безопасности в эпоху ШИ-войны
Украина занимает уникальную позицию в новом мире. В отличие от США, Израиля или Китая, демонстрирующих наступательное применение ИИ для массированного поражения инфраструктуры противника, украинский опыт – преимущественно оборонный. Sky Fortress спасает гражданскую жизнь от «Шахедов». DELTA позволяет синхронизировать действия распыленных подразделений без единого централизованного командного пункта. Как описано в отчете CSIS , украинская логика – это частичная автономия с обязательным человеческим контролем над решением о применении силы. Это принципиальное отличие от модели, где ИИ генерирует целевой лист на сотни объектов в сутки и человеческий оператор только нажимает кнопку.
У Киева есть три аргумента для международной аудитории, которые следует встраивать во все дипломатические переговоры. Во-первых, боево-проверенные оборонные решения – Sky Fortress, Vezha, серия дронов-перехватчиков – должны стать основой европейской инициативы Eastern Flank Watch и более широкой глобальной архитектуры противодействия беспилотникам. Во-вторых, инициатива Drone Deals президента Зеленского, в рамках которой Украина предлагает союзникам пакетные решения по производству беспилотных систем, демонстрирует, что Киев готов быть активным участником, а не пассивным объектом регуляторных дискуссий в Женеве. В-третьих, главное: украинский опыт доказывает, что существует существенная разница между ИИ, спасающим гражданское население во время сатурационных дроновых атак, и ИИ, ускоряющим цикл наступательного поражения. Эта разница должна быть зафиксирована в любом будущем международном документе. Запрет «летальных автономных систем без человеческого контроля» в чистом виде не покрывает нюансы современных цифровых полей боя.
Первая война искусственного интеллекта технически завершилась прекращением огня. Но правил до сих пор нет. Окно для их написания сужается. Как предупреждает юридический советник Госдепартамента США , Operation Epic Fury лишь новейший раунд длительного международного вооруженного конфликта, так что Вашингтон уже формулирует правовую доктрину постфактум. Если Украина не займет свое место за столом регулирования прямо сейчас – стол будет покрыт теми, кто применяет ИИ без ограничений. Для Киева это не вопрос имиджа. Это вопрос того, какие именно нормы будут определять допустимое применение технологий, в производстве которых украинская оборонная индустрия является одним из мировых лидеров. Превращение из реципиента в нормотворца – следующий логический шаг украинского стратегического позиционирования в 2026 году.