«Как бы реформа» образования продолжается в Украине уже не первое десятилетие. А результат преобразований по-прежнему стремится к нулю. Почему?
Потому что за все эти годы мы так и не ввели новые социальные отношения внутри системы образования, затрагивающие педагогов, детей, их родителей и чиновников.
Мы меняем количество лет обучения детей в школе, вводим новую шкалу и критерии оценивания, изменяем содержание программ, вводим новые предметы, создаем сотни новых инструкций для педагогов. Ок.
Но в системе социальных отношений внутри образования мы не меняем палку на камень, камень — на железо, железо — на цифру. Мы по-прежнему пользуемся палкой, даже если она выглядит как ноутбук.
В социологии реформы — это комплекс мероприятий, направленных на создание таких новых социальных отношений, которые приводят к изменению условий деятельности всех или отдельных групп членов общества. Это, в свою очередь, приводит к искоренению негативных или инертных общественных явлений, возникших в обществе ранее, и тормозящих, порой делающих невозможным, его позитивное развитие теперь.
Как разруха начинается с того, что мы начинаем испражняться мимо унитаза (вводим другие социальные отношения в общественных туалетах), так и реформа начинается с того, что мы в реформируемой сфере вводим новые социальные отношения. Условно, прекращаем испражняться мимо унитаза. Именно это позволяет изменить условия деятельности всех участников данного процесса.
Вернемся к образованию. Здесь я хочу поделиться мыслями о том, с чего бы я начала изменять социальные отношения внутри группы общества, связанной с образованием.
Обращаю внимание на то, что образование — это, в первую очередь, и есть социальные отношения. В образовании мы не только строим и реализуем эти отношения, но этими отношениями работаем и этим отношениям учим детей. В этом заключается важность и приоритетность изменения социальных отношений именно в системе образования.
И еще, данная статья — это не бизнес-план, не новый проект реформы, не критика того, что уже сделано или планируется делать. Это скорее советы по ходу движения. То, что можно (нужно!) начать делать уже сейчас.
Итак, в чем самая большая потребность учителя, кроме нормальной зарплаты? В наличии времени.
Чем больше времени у учителя на подготовку к урокам, тем эффективнее будут результаты его работы. Подготовка к урокам — это не только знание предмета. Это еще и саморазвитие (чтение, спорт, путешествия, цифровые технологии, внешний вид, релаксация), это и знание того, как твой предмет сегодня может сделать ребенка более компетентным для жизни в современном мире. Это и личные отношения.
На что свое время тратит учитель сегодня? Его стандартная ставка — 18 часов в неделю. Это значит, что в неделю учитель должны провести 18 уроков по 45 минут. Это — 13,5 часов.
Еще три часа — это десятиминутные переменки после уроков. В это время учителю нужно подготовить классную комнату к следующему уроку: достать картинки, диски, файлы; выпить кофе, позвонить домой, настроиться на новый урок; проследить за тем, чтобы дети ничего себе не сломали, проветрили класс, съели бутерброды, вымыли после туалета руки.
Полчаса в неделю остается на все остальное — подготовку к урокам, проведение воспитательных мероприятий и родительских собраний, участие в заседаниях и педсоветах, проверку тетрадей, дневников, общение с детьми и их родителями, ведение документации.
Все то, что учитель не успевает сделать за эти полчаса, он делает в другое, уже нерабочее время. И, в первую очередь, занимается ведением документации. Потому что контролируют учителя, как и в прошлом и позапрошлом веках, по бумажным отчетам и записям в классных журналах. Было сделано или нет, неважно. Важно, чтобы было записано, что было сделано.
Таким образом, основная масса внеурочного времени учителя идет не на построение отношений, не на саморазвитие и подготовку к урокам, а на оформление бумаг.
В этом бумажном конвейере учитель вязнет и закапывается так глубоко, что его социальные отношения становятся механическими. В них нет места доверию и честности, вовлеченности и пониманию, что и зачем ты делаешь. Эти отношения не развиваются и не развивают, они не вызывают уважения. И, что самое неприятное, осознанно или нет, но дети их считывают с взрослых и примеряют на себя, учатся быть такими же механическими бюрократами.
Чтобы избавить учителя от мартышкиного труда и освободить в нем личность, способную к немеханическому творчеству, я бы отменила все бумажные составляющие бюрократического школьного процесса. Для начала я бы заменила бумажные классные журналы на электронные. Параллельно я бы ввела единую электронную систему планирования уроков.
Итак, классный журнал. Во-первых, это тонны бумаги и миллионы гривен. Во-вторых, это десятки часов переписывания одной и той же информации с одного бумажного носителя на другой. В-третьих, это имидж современной школы. В социальных отношениях между украинским учителем и его европейским или американским коллегой украинец пока не выглядит как новатор и лидер.
В Украине, по данным Министерства образования и науки, в 2015/16 учебном году в 17 300 общеобразовательных школах Украины училось 3 783 000 школьников. Предположим, что все они, в среднем, учились в классах по 20 человек. Значит, было 189 150 классов, и школы получили столько же журналов.
А выпущено их было еще больше. До сих пор на сайтах вы можете найти предложения о продаже классного журнала по цене 154 грн. На обеспечение школ классными журналами страна потратила 29 129 100 грн.
Кроме того, для изготовления одного листа бумаги формата А4 требуется 13−21 г древесины. Классный журнал в среднем имеет 300 страниц, или 150 листов качественной бумаги. Несложные математические расчеты показывают, что на один классный журнал идет до 2 кг древесины (это без учета картонной обложки), на 189 250 журналов — чуть меньше 400 тонн древесины.
А как вам такой вид учительской деятельности, когда классный журнал ведется на каждого ученика отдельно? Если в классе меньше пяти учеников (сегодня для многих сельских школ — это объективная реальность), то обучение школьников ведется по индивидуальному плану. То есть учитель должен вместо 45 минут со всеми вместе, работать по 30 минут с каждым учеником в отдельности. И на каждого ученика вести отдельный, именной журнал. Например, четыре ученика — четыре журнала. Объясните мне, зачем?
Некоторые учителя с разрешения администрации школы переписывают журналы. Зачем? Чтобы не было исправлений. Потому что проверяющим из районо нравится, когда в журнале нет исправлений. Особенно, если это журнал выпускного класса.
Лично меня такие социальные отношения между учителями и чиновниками не устраивают.
Еще о бумаге. Наш учитель имеет право выбирать учебник, по которому он желает проходить с детьми программу. Ок. К этому учебнику учитель должен составить календарно-тематический план: в какой день какую тему рассматривать, когда писать контрольную, когда выставлять тематическую. Каждый год необходимо этот план корректировать: просто менять даты в календаре в соответствии с новым расписанием. Потом распечатывать. Потом из него переписывать от руки в классный журнал каждый пройденный урок.
Почему и эту работу не сделать универсальной и электронной? Хотите работать по этому учебнику? Вот вам к нему электронный календарно-тематический план, который сам распределит темы по датам и автоматически будет вносить нужную информацию в нужную графу электронного классного журнала. Без переписывания от руки. Без многочасового сидения с карандашом и ластиком. Без ошибок. Без распечаток.
Еще один «писательский» удел учителя — конспекты уроков. Почему бы не снабдить каждый учебник электронными конспектами уроков? Почему бы не требовать от учителей преподавать по этим конспектам вместо того, чтобы требовать от них постоянно изобретать один и тот же велосипед? Поверьте, учитель, который с душой относится к своей работе, так же хорошо проведет урок по стандартному конспекту, как и по придуманному им самим.
По такой схеме работают учителя в США. Во всех школах страны преподавание ведется по единым планам и конспектам. Во всех школах и классах дети получают одинаковые знания. Поэтому переехать в другой город и поменять школу в любое время года не является проблемой ни для детей, ни для их родителей.
Также в Америке и многих странах Европы уже давно все данные об учебных достижениях школьников (и государственных, и частных школ) хранятся в компьютерах. Родители в любое время могут зайти в свой профиль и узнать все оценки и пропуски ребенка. А бумажный журнал, если школа решает им тоже пользоваться, больше похож на тетрадь в клеточку (60 страниц) с алфавитным списком учеников, датами уроков и оценками.
При самых малобюджетных расчетах для запуска электронного классного журнала в каждой школе должен быть хотя бы один компьютер (ноутбук). Поверьте, они в школах есть. Особенно в городских. Да и сельскую школу без компьютера вы сегодня вряд ли найдете.
Слишком глобально? Да. Но не в первый же раз. В стране есть прекрасный опыт электронного контроля над избирательным процессом, когда каждый избирательный участок имел ноутбук, веб-камеры, необходимое программное обеспечение и доступ к серверам. Все работало!
На последних выборах президента было 29 786 избирательных участков. А это в 1,7 раза больше, чем школ в стране. Значит, страна может обеспечить каждую школу, как минимум, одним ноутбуком.
Почему не пойти по той же схеме и в образовании? Просто взяли и сделали. Поменяли палку на камень, камень на железо, железо на бумагу, бумагу на цифру. Ведь у нас есть необходимый ресурс: и человеческий, и материальный.
Все учителя проходят тесты на компьютерную грамотность. Это раз.
Доступ к компьютерам в семьях, где есть школьники, постоянно стремится к 100%. Это два.
Наши ай-тишники — лучшие ай-тишники в мире. Это три.
Они мечтают выполнять такую работу здесь, на родине, а не там, где их дети не смогут учиться.
Кстати, младший Дубилет уже нашел работу? Я бы предложила ему. Он сделает. Или спросила бы у него совета, кто бы смог.
И главное, освободив учителя от мартышкиного труда, школа позволит педагогу оставаться человеком, личностью с большой буквы, способной вдохновлять других участников образовательного процесса на новые социальные отношения, чтобы достичь нового состояния общества, в котором уже не смогут существовать препятствия для его позитивного развития. А это и является целью любого реформирования.
