Реален ли в Европе 2017 года такой феномен, как католический политический лидер? Это кажется актуальным вопросом нынешнего года, учитывая то, что в Европейском союзе «сотрясаются», по крайней мере, три демократии — выборы предстоят Франции, Германии и Нидерландам, пишет британский журнал The Economist.
Прежде, чем даже думать об этом, стоит напомнить, что транснациональные институты в Европе, появившиеся после 1945 года, имели глубокие католические корни.
Благочестивые государственные деятели, такие как Роберт Шуман из Франции, Альчиде Де Гаспери из Италии и Конрад Аденауэр из Германии, заложили основу для нового континентального порядка, в котором национальные движения стали бы атавизмом. Политики, которые противостояли фашизму во имя своей католической веры, боролись также с угрозой, исходящей от атеистического коммунизма — тогда же сложилось движение, известное как христианская демократия.
Теперь же католицизм, хоть и лежит на поверхности в европейских дебатах, не является решающим фактором в европейской политике.
Во то время, когда ислам стал самой быстрорастущей формой религиозной практики на континенте, правые, право- и даже левоцентристские политики все еще могут обратиться к нативистским настроениям, подчеркивая важность исторической веры континента.
Но данные свидетельствуют о том, что любой начинающий политик, пытавшийся во имя католицизма откатить либеральный консенсус по биоэтическим и репродуктивным проблемам, сталкивался с неприятием электората.
В некоторых районах Европы, где католицизм также силен, как и противоречив, политики вынуждены отойти от социально консервативных позиций. Правоцентристский премьер-министр Испании Мариано Рахой, яростно оспаривавший в оппозиции законодательство своей страны о гей-браках, став во главе правительства, сказал, что оставит этот вопрос судебной системе. Польша движется к ужесточению законов об абортах.
Кроме того, некоторые из консервативных политиков Баварии, где между доминирующим Христианско-социальный союзом и католической церковью нет ничего общего, считают, что церковь Папы Римского Франциска слишком либеральна в вопросах иммиграции.
Во Франции зашел разговор о вновь возникающем католическом влиянии, когда благочестивый Франсуа Фийон победил в праймериз и стал правоцентристским кандидатом на пост президента. Электорат Франции действительно представляет собой социально консервативный сегмент. Однако в этот раз избиратели, вероятнее всего, будут приветствовать набожность Фийона.
