После попытки госпереворота демократическое падение Турции будет набирать обороты, пишет британский журнал The Economist.
Будучи изначально беззастенчивым исламистским политиком, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, однажды сравнил демократию с трамваем. «Когда вы останавливаетесь, — сказал он, — вы выходите».
После попытки путча, которая унесла около 270 жизней за одну ночь в июле 2016 года, Эрдоган начал арестовывать солдат, участвующих в перевороте и членов движения Гюлена. Правозащитники утверждают, что задержанные подвергаются пыткам. Правительство предложило восстановить смертную казнь.
Турки готовятся к еще большей турбулентности в 2017 году, ведь Эрдоган объявил о планах «угробить» парламентскую систему Турции, изменив Конституцию. Это может дать ему практически бесконтрольную исполнительную власть. Предлагаемые изменения, вероятно, будут вынесены на референдум весной.
Народная поддержка президентства укрепилась после переворота, но гарантий победы автократического Эрдогана нет. Неудача для него может означать еще больше политического хаоса, плюс еще одни всеобщие выборы.
Обычный здравый смысл говорит, что президент Турции после переворота стал сильнее и увереннее. Тем не менее, так же вероятно, что он чувствует себя более уязвимыми, ощущая опасность у себя дома и за рубежом. Он может быть более отчаянным, чем когда-либо, чтобы укрепить свою власть над армией, бюрократией и собственной партией.
На мировой арене Турция в 2017 году будет вести себя прагматично. Осознав, что Башар Асад не может быть больше свергнут силой, Анкара будет пытаться восстановить мосты с сирийским режимом. По мере выступления против «Исламского государства», которое усиливается у южных границ Турции, страна столкнется с угрозой возобновления нападений джихадистов. Будучи преисполненным решимости подавить вооруженное крыло «Рабочей партии Курдистана», не исключено, что Эрдоган откроет новый фронт против группы в Сирии.
Его отношения с Америкой будут в значительной степени зависеть от судьбы Фетхуллаха Гюлена, которого Эрдоган обвиняет в организации переворота. Турция требует его экстрадиции. Однако, даже если новая американская администрация будет более восприимчивой к проблемам своего союзника, этот процесс займет годы.
Более того, если турецкий президент решит двигаться вперед со своим проектом смертной казни, кризис в отношениях с Европой будет трудно предотвратить.
