Это все гены. Как украинский ученый борется со старением и несчастьем
Гены

Это все гены. Как украинский ученый борется со старением и несчастьем

02 декабря 2016 | 14:00

Александр Коляда — ученый-генетик и научный сотрудник Лаборатории эпигенетики Института геронтологии НАМНУ. Он знает все о том, каких гормонов не хватает людям для счастья, а генов — для бессмертия, как из брюнетки стать блондинкой и прожить 140 лет вместо 70.

Realist’у Коляда рассказал обо всем этом, а еще о том, почему наркоманами становятся от несчастья, а талантливых людей не существует.

О долгожительстве и бессмертии

Никто не знает, что нужно делать, чтобы жить долго. Но то, что большинство из долгожителей не вели здоровый образ жизни, — это факт. За счет здорового образа жизни можно продлить себе жизнь максимум на 20 лет. Это немного.

Долгожителем считается тот, кто прожил больше 90 лет. Секрет — в генетике, а если конкретно — в генах, которые отвечают за самые разные функции, в частности, за обмен липидов. Эти формы генов чаще всего встречаются у долгожителей. Современная наука позволяет при помощи ДНК-анализа проверить, есть ли у каждого человека склонность к долгожительству.

Если ученым удастся создать ГМО человека, можно будет продлить продолжительность жизни более, чем в два раза. То есть любому человеку станет возможным подсадить ген долгожительства, и он проживет, например, не 70, а 140 лет. Такие опыты уже проводились на мышах. Нет причин, по которым это могло бы не сработать на людях.

Бессмертие — другое дело. Такие разговоры есть, но сейчас бессмертие находится в зоне фантастики. Хотя, скорее всего, когда-нибудь и это станет возможным.

В геронтологии все сложно, потому что очень медленно. Вот почему нет таблетки от старости? Потому что нужно провести исследование и кормить людей этой таблеткой 120 лет. Такие эксперименты сейчас идут, но всего 30 лет, а не 120.

О генной инженерии и панацее

Все хотят получить чудодейственное средство прямо сейчас. Но в науке так не получится. Когда удается на 5% повысить эффективность лечения гипертонии, это большой научный и коммерческий успех. Прошлую Нобелевскую премию, например, дали за лекарство от паразитов. Хотя, казалось бы, разве гельминты — это так важно? Наука движется маленькими шажками. Это же не фильм про супергероев, где выпил таблетку — и сразу стал Суперменом.

С помощью генной терапии можно сделать почти все что угодно. Придать организму новое качество, вылечиться от болезни. Например, в этом году 19-ти детям с хроническим лимфолейкозом в рамках клинического исследования пересадили клетки с исправленными генами внутри. У этих детей не было надежды, но они выздоровели. Такие успешные исследования проводились и с пациентами с ВИЧ.

Потенциально можно сделать брюнета блондином, а прямые волосы — кучерявыми. Но это будет стоить очень дорого и, скорее всего, иметь побочные эффекты. Для того, чтобы один человек стал кучерявым, нужно, чтобы команда из десяти ученых топового уровня работала пять лет.

В мире сейчас происходит около тысячи исследований, в рамках которых людям вкалывают чужие гены для излечения от болезней. Два подобных препарата уже были одобрены и продаются во всем мире. Еще 400 — проходят испытания.

От генов зависит все и в то же время ничего — смотря в чем выражать зависимость. Но если говорить о коэффициенте наследуемости, то для интеллекта он составляет 30%, для леворукости — 40%, склонности к долгожительству — 20%, для координационных видов спорта (футбол, баскетбол) — 15%, для видов спорта на выносливость — 80%, для гомосексуальности — 50%.

О таланте

Наследуется ли талант? С точки зрения биологии, его вообще не существует. То, что мы называем талантом, на самом деле, просто удачное проявление генов в определенной обстановке. Кем был бы тот, кого сейчас считают гениальным режиссером, 500 лет назад? Просто чудаковатым человеком, которого сожгли бы на костре. А сколько было талантливых скрипачей до XVI века? Наверняка много, просто скрипок не существовало. Ну и, конечно, кем был всего 20 лет назад гениальный айтишник? Никем.

Наш генетический портрет полностью сложился 400−200 тыс. лет назад. С тех пор гены просто перетасовывались между разными группами людей. Тогда, 400 лет назад появились генетически обусловленные простые способности — быстро бегать, высоко прыгать, рожать много детей, защищать семью. И тот, кто сейчас стал талантливым режиссером, тогда был бы просто первооткрывателем нового родника. Это гены путешественника-охотника, которому интересно что-то новое.

О счастье

Не совсем понятно, что такое счастье. Но если измерять его опросниками удовлетворенности жизнью, то действительно, есть некоторые гены, которые к этому предрасполагают.

Счастлив ли человек, зависит, в том числе, от того, какое количество дофамина и серотонина задерживается в синаптической щели между клетками мозга.

Людям, у которых уровень дофамина выше, для счастья достаточно, скажем, одного похода в театр. Другим людям одного похода не хватит, а третьим не хватит ни двух, ни трех походов. Им нужна доза кокаина. Только она сможет сымитировать для них то состояние счастья (то есть уровня дофамина), которое у кого-то возникнет от одного похода в театр.

Отчасти наркоманами становятся люди, которым не хватает счастья. И хотя причин много, но генетическая склонность к наркомании, алкоголизму и игромании существует. То же самое со сладкоежками. Около 5% людей толстеют не потому, что у них нет силы воли или они много едят. Просто они хуже чувствуют сладкий вкус. И чтобы его почувствовать, им нужно съесть не одну шоколадку, а три.

О науке и глупых ученых

Я стал ученым, потому что все остальное не имеет смысла. А еще ученые, как и дирижеры, живут дольше остальных. Этот феномен объясняют по-разному, но мне нравится только одна версия. По ней дольше других живут те, кто занимается любимым делом. А ученые — это на 100% такие люди. Ведь наукой нельзя заниматься из корысти или желания прославиться. Только из любви.

Посмотрите на эту вазу. Никто не расскажет вам, почему она стоит, а не падает. Ни телевизионщик, ни HR. Как устроен этот мир, знают только ученые. Все остальное будет лишь мнением с элементами лжи и неточности.

Ученые — далеко не самые умные люди, которых я знаю. Скорее наоборот. Ученых отличает интерес к миру. Они хотят знать все об этой вазе, о вселенной, о том, почему организм человека умирает. Ученый может до шести утра читать статьи о передвижениях тихоходки в океане, потому что ему интересно узнать об этой тихоходке все. Интересно дойти до сути.