Здоровье

Признание сверхмарафонца: что происходит с телом, если пробежать 160 км

26 сентября 2018 | 14:15

Марафонские забеги на 42 км давно стали классическим испытанием силы воли и выносливости, но в последние годы растет число бегунов, регулярно преодолевающих гораздо более длинные дистанции. Так, сверхмарафонцы стремятся в один этап пробежать от 50 до 160 км, и более 70 тыс. человек во всем мире участвуют в таких соревнованиях ежегодно.

Британский физиолог и сверхмарафонец Ник Тиллер написал для портала The Conversation откровенную колонку о том, как организм справляется с такими экстремальными нагрузками.

Подготовка к сверхмарафону

Свое «путешествие» к сверхмарафону Тиллер начал 10 лет назад, но лишь недавно совершил вторую попытку пробежать невероятные 160 км. В первый раз мужчине пришлось остановиться, когда его приятель и компаньон по забегу внезапно потерял зрение на 133-м км.

Подготовка к сверхмарафону была основательной. В течение 6 месяцев Тиллер совершал 5−6 пробежек в неделю, суммарно преодолевая по 80−90 км. Для тренировки общей выносливости он также включил силовые упражнения.

«Интенсивные тренировки могут истощить организм, лишив его жизненно важных питательных веществ, потому моя диета была всеобъемлющей и целенаправленной. Ежедневно я потреблял 140 г белка и съедал много фруктов и овощей, — пишет Тиллер. — Углеводами в рационе можно манипулировать, чтобы организм начал сжигать жир в качестве источника энергии. По прошествии нескольких месяцев моя физиология изменилась, я стал сильнее и стройнее».

Желудок бунтует

Ник Тиллер преодолел сверхмарафонскую дистанцию за 26 часов, но путь к финишу был совсем не похож на уверенную пробежку победителя.

«Если верить монитору сердечного ритма, достижение финиша стоило мне 11 тыс. калорий. С самого начала гонки мышцы проявляли неумолимый голод, удовлетворение которого требовало 200−400 калорий в час. Но есть и пить становилось все труднее», — пишет автор.

Кровеносная система «сосредоточилась» на мышцах, «позабыв» о кишечнике, и пищеварительная система начала останавливаться. Когда это происходит, еда медленнее расщепляется в желудке, что вызывает спазмы, тошноту и боль. С каждым километром эти симптомы усиливаются, часто становясь причиной схода бегунов с дистанции.

С падением уровня сахара Тиллеру становилось хуже, но, неспособный пить и есть, он попал в порочный круг.

«Я добрался до пункта питания на 96-м км и заставил себя поесть, прежде чем двинуться дальше. Однако при температуре 30 ºC около 35% участников соревнования не справились с желудочно-кишечными нарушениями и обезвоживанием. Только воля может заставить человека зайти так далеко».

Ник Тиллер на 160-м км сверхмарафона
Ник Тиллер на 160-м км сверхмарафона

Долговременный ущерб

Помимо проблем с желудком, сверхмарафонцам грозит серьезное повреждение мышц и суставов.

«Наибольший урон наносят участки спуска. Когда вы сражаетесь с силой тяжести, пытаясь замедлить схождение со склона, ваши мышечные волокна буквально рвутся на микроскопическом уровне. В результате маркеры клеточного повреждения накапливаются в крови, что вызывает в организме генерализованный воспалительный ответ и подавляет иммунную систему, — пишет Тиллер. — Считается, что это увеличивает заболеваемость инфекциями верхних дыхательных путей. Нередко в течение нескольких дней или недель после гонки у бегунов возникают насморк, кашель и боль в горле. Я тоже не стал исключением».

Существует также риск споткнуться и упасть, который увеличивается из-за усталости.

«Моя подруга Кэролайн побежала со мной 120 км, преодолела сильнейшее физическое напряжение, но споткнулась о выступающий из-под земли камень, упала и сломала ногу», — констатирует автор.

Проблемы с сердцем

Новые исследования показывают, что участие в сверхмарафонах может увеличить риск сердечно-сосудистых осложнений. К ним относятся структурные и функциональные изменения в сердце и кровеносных сосудах, нарушения электрической активности нервов сердца и возможное повреждение сердечной ткани.

«Последние 100 метров гонки я закончил спринтом. В течение 30 минут мои ноги охватила болезненная судорога, которая продлилась 3−4 дня. Мне потребовалось около месяца, прежде чем снова почувствовать себя нормально, — признается Тиллер. — Исследования показывают, что большинство участников относятся к ультрамарафонам как к личному достижению. Для меня физическое и умственное испытание стоило свеч, и я горжусь достижением. Конечно, участие не лишено рисков — но чем больше бедствий, тем желаннее награда».

Читайте также: Программист с повозкой: как путешествует британец, бегущий по миру ради онкобольных