Мнение

На кого мы оставили фронт? Андрей Рымарук - о будущей демобилизации

02 ноября 2016 | 15:15

Военный эксперт БО «Повернись живим» Андрей Рымарук о том, кто останется защищать линию фронта и что означает «шестая волна» демобилизации

Днями последние мобилизованные воины «шестой волны» сложили оружие, купив билеты домой. Те, кто в мирной жизни был массажистом и айтишником, электриком и сантехником, менеджером и управленцем, передали эстафету обороны страны профессиональным военнослужащим контрактной службы.

А ведь звучит — профессиональная контрактная армия! Сразу перед глазами возникает образ мускулистого ВДВшника или морского пехотинца с современным оружием в руках, в легкой броне и каске. Но, к сожалению, на деле получается очередная «зрада» с небольшим, но очень весомым патриотическим концом.


Сегодня утром я позвонил знакомому комбату, чтобы уточнить потребности подразделения по замене тепловизоров. Решив рабочие вопросы, задаю стандартный — как обстановка?

«Могло бы быть и лучше. Хочу заболеть, но по уставу мне не положено. Командование приказало прибыть в бригаду на встречу с Турчиновым. Вот сижу и думаю, какой уровень опасности меня ожидает, если пожалуюсь ему на то, что у меня во взводах из положенных 35 по пять-десять калек»,

говорит один из комбатов в зоне АТО.

Генеральный штаб нас уверяет, что все под контролем. В реальности все не так радужно. Если не отбрасывать тот факт, что Россия в любой момент может активизировать военные действия на востоке, становится даже страшно, как и в 2014 году, когда мы за день теряли десятки километров своей земли.

С вооружением все понятно. Новое и более качественное — у Национальной гвардии в тылу. Воевать мы и старым научились так, что враг порой только успевает зубы считать. Волонтерское движение не сбавляет оборотов, продолжая помогать фронту качественной оптикой и тепловизорами, пока государство продает современные национальные разработки за границу. Но комплектация личного состава в боевых подразделениях оставляет желать лучшего.

Сегодня начальник Генерального штаба Виктор Муженко, докладывая президенту о завершении демобилизации «шестой волны», заявил, что с 2014 года контракт подписало почти 90 тыс. человек. Для сравнения: осенью 2015-го у нас воевало три «волны» мобилизации — 4-я, 5-я и 6-я, общей численностью 104 тыс. человек. Разница небольшая, но по факту картина вырисовывается не в ярких красках.

Почти 15% новых контрактников — женского пола. С девушками, конечно, кашу сваришь, но на передовую даже их побратимы в «горячий» момент не пустят.

Не более 10−15% подписали контракт на полгода или год. Соответственно весной — летом 2017-го мы почувствуем ощутимый отток личного состава.

И почти 40% пошли на службу в армию, но в тыловые части, постоянные пункты дислокации боевых подразделений на мирной территории. Лучше служить дома, получать 7 тыс. грн, приходить на работу в 8.00 и уходить в 17.00. Вариант намного выгоднее, чем за 9 тыс. круглосуточно стоять под обстрелом и жить в окопе при такой-то погоде. А тех, кого принудительно переводили на передовую, находили лазейки в контракте и разрывали его.

С этой задачей Генеральный штаб тоже справился и вышел из воды «сухим». Военные умы советского разлива поступили чисто по-солдатски — если мешает — отрежь! Взяли и сократили штат подразделений, чтобы некомплект не сильно был виден. И гаранту с министром обороны сегодня легла бумажка на стол со словами «у нас все хорошо».

В прошлом и в этом годах доходило до того, что с передовой переводили солдат в бригаду, которая комплектуется на полигоне. Набросали по чуть-чуть, укомплектовались, отыграли учения перед Муженко, вышли на передовую и новеньких снова перевели, но уже в другую бригаду, где не хватает людей. И — снова на полигон.

Постоянно общаясь с ребятами на передовой, я понимаю, что контрактники ничем не отличаются от мобилизованных. Там все те же электрики, сантехники, менеджеры и многие другие, которые не смогли себя реализовать в мирной жизни. Да и сам образ мускулистого парня с современным оружием в руках отходит далеко на задний план, когда приезжаешь к ребятам на передовую или смотришь фото/видеоматериалы новостных изданий.

Лишь в немногих бригадах основной костяк подразделения состоит из тех, кто с юношеских лет посвятил армии свою жизнь. Таких немного, как и мобилизованных, которые подписали контракт на полгода или год, дабы передать опыт молодым и неопытным контрактникам. Они неравнодушны к судьбе страны, которая ведет тайную и далеко не всем понятную политику относительно необъявленной войны на своих территориях.

Несколькими цифрами и легкой аналитикой мы получаем факт опасной и непонятной игры в обороноспособность страны. Мне до сих пор непонятно, почему мы уменьшаем количество личного состава там, где, как и год назад, ведутся активные боевые действия, получают ранения и гибнут солдаты ВСУ. Почему наши лучшие военные разработки продаются за границу, а не применяются на войне против агрессора, которого, хоть и со скрипом, но признала правящая власть и одиозные лидеры декларирования своих сбережений?

Да, выше описанное — еще та «зрада». Я как солдат «четвертой волны» сейчас переживаю больше, чем в свое время на работе в уютном офисе, когда я пролистывал новости про Донецкий аэропорт, Дебальцево и Илловайск.

Для простого обывателя это не рейтинговая тема, а очередная констатация военной некомпетентности генералов, как и сухие сводки с передовой. Но это пока… Пока беда не придет в ваш дом. Война продолжается. Нам об этом необходимо знать, помнить и прилагать максимум усилий, чтобы помочь солдатам делать в сложившейся ситуации то, что они умеют — подавлять преимущество и коварство врага.

Мнение редакции Realist’а не всегда совпадает с мнением автора.