Годовщина Революции достоинства

Годовщина начала Революции достоинства: победы и поражения Майдана

21 ноября 2017 | 10:00

Согласно открытому опросу, проведенному накануне четвертой годовщины Революции достоинства фондом «Демократические инициативы» имени Илька Кучерива, только 15 из 62 опрошенных экспертов убеждены, что Майдан победил, и еще 32 — что скорее победил, чем проиграл. По мнению экспертов, главные достижения революции — восстановление курса на интеграцию, подписание Соглашения об ассоциации с Европейским союзом и свержение режима Януковича. Так Украина окончательно сделала свой цивилизационный выбор в пользу евроатлантической интеграции, определилась со своими внешними и внутренними друзьями и врагами.

«Только после Революции достоинства Запад начал просыпаться. Он еще далеко не проснулся — есть еще многие, понимающие Путина. Но процесс пошел. Мы видим, что на Западе меняется оценка России, все больше политиков констатирует, что это главная угроза — и с ней нужно что-то делать», — говорит дипломат Владимир Огрызко.

«Евроинтеграция — это только результат того, что на самом деле является победой Майдана. Победа Майдана состоит в том, что мы утвердили свою независимость, мы отстояли право самостоятельно принимать решение, куда и как нам развиваться», — поясняет председатель правления Центра политико-правовых реформ Игорь Колиушко.

Что касается секторальных реформ, эксперты отмечают, что многие из них носят фундаментальный характер, а значит не могут быть проведены за короткий промежуток времени. Как один из самых успешных и необратимых процессов отмечают децентрализацию, проект которой начал разрабатываться задолго до Революции. Одна из основных причин ее успешности, по словам экспертов, — то, что она готовилась не в кабинетах чиновников, а при активном обсуждении в регионах. Однако в то же время сейчас в бюджете Украины сокращается статья расходов на финансирование местных бюджетов, а в местное самоуправление все чаще вмешиваются региональные бизнесмены.

Успешным называют эксперты также и процесс дерегуляции — правда, с некоторыми «но». «В одних сферах мы слишком увлеклись дерегуляцией, но с другой стороны, мы не успеваем создавать новые регуляторные механизмы, которые требуют от нас глобализация и сотрудничество с Европейским союзом. Мир не может жить без правил. Когда мы говорим о правилах, мы всегда вспоминаем о коррупции и бюрократии, но с другой стороны, правила — это основоположный элемент регуляторного режима институциональной способности государства», — поясняет председатель правления Института экономических исследований и политических консультаций Игорь Бураковский.

В то же время эксперты считают, что Украине так и не удалось достичь системной борьбы с коррупцией, ликвидации коррупционных схем, появления справедливого суда, соблюдения прав человека и верховенства права, полной перезагрузки системы власти и ее качественного обновления.

«Три года назад мы говорили о том, что Майдан должен переместиться в парламент. К сожалению, сегодня мы должны признать, что на самом деле концентрация сил во властных коридорах очень низкая. Мало понимания, что реальные изменения и результаты могут быть только тогда, когда люди начнут осознанно делать выбор», — говорит народный депутат Мустафа Найем.

Однако эксперты отмечают, что даже успешные на старте реформы не всегда заканчиваются позитивно. «Сегодняшняя элита, даже называя себя реформаторской, не может защитить реформы. У нас была классная реформа создания Национальной полиции. Давайте честно: если не говорить, что эта реформа не провалена, то по крайней мере она находится близко к этому. Ее не довели до конца и не сделали так, чтобы этот институт работал. Мы создали ряд антикоррупционных органов — и все закончилось тем, что НАПК гоняется за НАБУ, НАБУ гоняется за ГПУ — и таким образом у нас есть замкнутый круг, когда у нас есть институции, которые должны с этим бороться, но реально они пока борются друг с другом», — говорит Бураковский.

Что касается экономических последствий революции, эксперты отмечают, что Украина уже достигла макроэкономической стабилизации, однако ситуация все так же остается шаткой. Без фундаментальных реформ, часть из которых так и не была проведена, страна не сможет выйти на траекторию стабильного экономического роста.

Банковская система, по мнению экспертов, оздоровилась, однако старые проблемы все так же остаются актуальными. «Мы можем по-разному оценивать персоналии, которые были и остаются в Национальном банке. Но во многом банковская система была очищена и оздоровлена, хотя, возможно, и жесткими методами. При этом, к сожалению, была и коррупция, и злоупотребления — как со стороны руководства Нацбанка, так и со стороны отдельных банков. И эти негативы остаются», — отмечает Игорь Бураковский.

Проблемными остаются и государственные закупки. В целом система ProZorro позитивно сказалась на борьбе с коррупцией в сфере госзакупок, однако остались сферы, в которой она так и не показала желаемых результатов — в частности, на уровне территориальных громад и в вопросах обеспечения армии. «Украинцы — очень креативные люди, которые научились обходить ProZorro за счет разного рода правил, трактовок условий контракта и т. д. Без поддержки политической и социальной ответственности бизнеса играть по правила необходимо, иначе ничего не будет», — поясняет Бураковский.

Эксперт отмечает, что многие негативные вещи, против которых выходили на Майдан люди, начинают самовоспроизводиться. «Мы видим традиционную проблему украинского парламента: у всех этих людей все больше и больше проявляются собственные экономические интересы. И многие из дискуссий, которые ведутся сегодня в парламенте в формате реформирования, изменений, помощи народа, к сожалению, упираются в конкретные предприятия и отрасли со всеми вытекающими последствиями. К сожалению, мы пока не можем заставить нашу политическую элиту заботиться о том, что называется общественным интересом, общественным благом, которое требует отказа от собственных шкурных интересов», — говорит Игорь Бураковский.

Кроме того, во время Революции достоинства часто заявлялось о необходимости изменить систему власти. Однако, к сожалению, так и не было расшифровано, что под этим подразумевается. Попытки выписать стратегию реформ так и не увенчались успехом.

Фактически стоит и реформа политической системы. Новый избирательный кодекс еще должен пройти через правки — и никто не дает гарантий, что второе чтение будет успешным. «Не происходит нормальное развитие партий — к сожалению, в этом направлении мы тоже сделали очень мало как страна. Общество продолжает говорить о том, что нужны новые люди, но голосовать, боюсь, будут опять за старых», — предупреждает Колиушко.

По мнению эксперта, тот факт, что главы городских государственных администраций и их заместители после принятия соответствующих правок перестали быть государственными служащими, несет в себе определенные риски. «Это было сделано, поскольку законопроект готовился в Администрации президента как подготовка к выборной кампании, как основной ресурс, за счет которого АП собирается организовывать выборы президента», — считает Игорь Колиушко.

При этом гражданское общество все меньше оказывает влияние на общественно-политические процессы в стране. «В 2013-м гражданское общество не было влиятельным, по свидетельствам общественных организаций. В 2014-м — резкий скачок, а дальше понемногу идет отступление. И мы это чувствуем», — говорит глава фонда «Демократические инициативы» имени Илька Кучерива Ирина Бекешкина. В то же время эксперты отмечают — без активности независимых аналитических центров и гражданских организаций, реформы в Украине не были бы такими, какими они есть.

«Активность гражданского общества подошла к природной границе того, что вообще могут сделать граждане. Очень большое количество эффективных организаций на местах, которые занимаются маленькими делами. Меньше эффективности тех, кто занимается большими делами — борьбой с коррупцией. Произошла фактическая дискредитация всех антикоррупционных органов. Это то, что я называю судом дворцов над квартирами антикоррупционеров», — отмечает исполнительный директор Международного фонда «Возрождение».

По мнению Мустафы Найема, в последнее время в украинском обществе появилась очень опасная тенденция целенаправленной дискредитации любых протестов. Виноваты в этом и гражданское общество, и политики, однако в первую очередь — СМИ и экспертная среда. Обсуждая протесты как общественное явление, в информационной среде акцентируют внимание на персоналиях, организовывающих митинги, а не на ценностях, которые они отстаивают.

Однако в то же время нардеп отмечает, что протесты все же проходят и прежде всего в них не боится участвовать молодежь. «Главное, что нам удалось — предотвратить то, чтобы наше молодое поколение, наши молодые политики не были инфицированы страхом перед государством. Это то, что есть в Беларуси и Российской Федерации. Несмотря на войну, на попытки усиления правоохранительных органов и милитаристской политики, молодые люди готовы выходить на акции протеста, готовы оказывать сопротивление. Мне кажется, это главная надежда, что у нас не будет возвращения назад», — говорит Мустафа Найем.

Что дальше

По мнению экспертов, следующими шагами для достижения целей Майдана должны быть настоящая борьба с коррупцией и проведение и завершение заявленных реформ. «Закончить судебную систему, обеспечить честность и неподкупность верховенства права. В конце концов, сосредоточиться на развитии экономики, привлечении инвестиций и, как следствие, улучшении жизни людей, принять прогрессивный избирательный закон и избрать Верховную Раду по новым правилам», — утверждает Бекешкина.

По мнению Мустафы Найема, именно следующие выборы будут политическим итогом того, что происходило четыре года назад. «Следующие год-полтора у нас будет очень большая борьба за то, чтобы сохранить ту парадигму, о которой мы говорили четыре года. Сейчас мы видим много людей, которые были по другую сторону баррикад и которые сейчас пытаются изменить эту парадигму. Четыре года назад невозможно было представить, что люди, стоявшие рядом с Януковичем, вновь получат власть», — поясняет Найем.

Согласно опросу, только 11 экспертов из 62 считают, что Майдан-3 возможен в ближайшее время, еще 33 не исключают его возможности, но считают маловероятным. По мнению экспертов, с одной стороны это указывает на падение гражданской активности, произошедшее за четыре года. Но с другой — о том, что общество, несмотря на войну, все же не радикализовалось до критической отметки. «Если в 2014 году большинство экспертов считали, что Майдан-3 возможен, сейчас большинство экспертов считает, что или маловероятен, или в ближайшие годы нового Майдана не будет. Очевидно, что нам нужно задачи Майдана решать мирным демократическим путем», — поясняет Ирина Бекешкина.

По мнению экспертов, сейчас активное гражданское общество разделилось на два лагеря. В одном считают, что в условиях войны не нужно «расшатывать корабль» и стоит поддерживать все, что делает власть. А вот радикальные либералы говорят, что нужно бороться дальше, несмотря на то, что «корабль» может утонуть.

«Именно то, что мы до сих пор остаемся неудовлетворенными, именно то, что мы до сих пор не успокоились, именно то, что мы до сих пор считаем, что нужно идти дальше, является гарантом того, что когда-то, оглянувшись назад, мы сможем сказать, что мы действительно правильно делали, что выходили на Майдан», — говорит Мустафа Найем.