Первые месяцы 2018 года стали многообещающими для ряда балканских стран. В ЕС всерьез заговорили о перспективах интеграции Сербии и Черногории в европейское сообщество, отметив даже приблизительные сроки. Предварительно Сербия и Черногория могут присоединиться к Европейскому союзу в 2025 году, но для этого, утверждают в ЕС, им придется поработать как над внутриполитическими вопросами, так и над отношениями с другими странами региона.
Почему в ЕС возобновили работу над интеграцией Балкан и какие преграды стоят на «европейском пути» бывших югославских республик, разбирался Realist.
Наиболее оптимистический настрой по поводу собственного «европейского будущего» у жителей Косово — более 90% жителей считают ЕС позитивным явлением, о чем свидетельствуют данные социологического исследования Balkan Barometer за 2017 год. Если же говорить об отношении к ЕС в рамках всего балканского региона, то количество оптимистов с каждым годом уменьшается. По состоянию за 2017 год в возможность стать членами ЕС до 2020 года верят 19% жителей балканских стран, говорится в исследовании. В 2016 году этот показатель составлял 24%, в 2015-м — 27%. Наихудшее отношение к евроинтеграционным процессам у жителей Сербии — только 26% населения считает, что подобные процессы принесут пользу их стране. Тем не менее, именно Сербия и Черногория имеют самые твердые шансы стать членами ЕС в обозримом будущем, говорится в стратегическом документе Еврокомиссии, полная версия которого будет представлена 6 февраля. Кроме того, еще в конце 2017 года президент Сербии заявил, что сделает все необходимое, чтобы выполнить поставленные задачи и подготовить страну ко вступлению в ЕС.
Куда более стабильными кажутся шансы на европейское будущее Черногории, которые в 2017 году были подкреплены вступлением страны в НАТО. Несмотря на свою экономическую зависимость от России, сыгравшей немалую роль в процессе отделения Черногории от Сербии, Черногория сделала ставку на Запад. К слову, одним из ключевых событий, которое поспособствовало изменению внешнеполитического курса тогдашнего президента Мило Джукановича, стала аннексия Крыма.
«В определенный момент мы все стали слишком расслаблены, казалось, дело сделано, а потом они пришли в Украину и разбудили нас», — передает слова бывшего президента Мило Джукановича издание The Wall Street Journal.
Шансы на успех
Евроинтеграция балканских стран — это закономерный процесс, продиктованный временем, объясняет эксперт Международного центра перспективных исследований (МЦПИ) Николай Капитоненко. По его мнению, у страны, которая территориально находится в европейском регионе, должны присутствовать очень серьезные «минусы» или риски, блокирующие ее вступление в ЕС, как это, к примеру, происходит с Украиной.
«Есть и другая причина. Начиная с 2014 года всем стало понятно, что восточное партнерство и политика соседства ЕС работают не так как нужно. Появились дополнительные геополитические риски, в том числе и в сфере безопасности. Поэтому балканские страны приобрели дополнительный вес», — объясняет Капитоненко.
Также, по мнению эксперта, одной из возможных причин (подтвердить или опровергнуть которую можно, проанализировав экономические показатели) является необходимость компенсировать утраты торгового обмена, связанные с Brexit. «Конечно балканские страны не могут полностью компенсировать потерю Великобритании, но конъюнктурно может быть более выгодно принять их со всеми экономическими особенностями и возможностями, чем их не применять», — утверждает аналитик.
Поскольку Сербия и Черногория по своим стандартам наиболее соответствуют требованиям Евросоюза, то именно на них делается основной акцент, утверждает эксперт. У Сербии есть проблема, связанная с Косовым, и это не очень хорошо для сербов, в то время как для ЕС данная ситуация имеет конкретные пути решения, которые, по словам эксперта, как раз таки могут помочь в стабилизации региона. Для Черногории нет никаких существенных преград для вступления в ЕС, говорит Капитоненко. Кроме того, российское лобби после неудачных попыток дестабилизировать ситуацию в Черногории стремительно теряет здесь свое влияние.
«Возможно, Россия будет пытаться дестабилизировать ситуацию на Балканах, но в свете последних скандалов у нее сузился круг возможностей. Россия становится беднее, „российский фактор“ в большей мере негативно воспринимается в Европе и поэтому против России становится играть выгоднее, чем за нее», — объясняет аналитик.
Фактор Косово
Сегодня гарантом безопасности и стабильности Косово является международный миротворческий контингент под руководством НАТО. Миссия продолжается в республике уже 19-й год — силы KFOR (Kosovo Force) были созданы в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН № 1244 и вступили в Косово 12 июня 1999 года. Несмотря на все старания международного сообщества, сербской и косовской сторон, достичь компромисса по «косовскому вопросу» так и не удалось. Именно урегулирование отношений Сербии и Косова является одним из ключевых требований европейского сообщества.
Назначенные на январь 2018 года переговоры между сербской и косовской сторонами не увенчались успехом. 16 января текущего года в Митровице застрелили лидера косовских сербов, главу партии «Свобода, демократия, справедливость» Оливера Ивановича. Как следствие — представители Сербии вышли из переговоров и заверили, что повторный диалог возможен только после полного расследования убийства, которое сербский президент Александр Вучич назвал терактом.
В феврале Совет национальной безопасности Черногории утвердил решение отправить двух военнослужащих для участия в KFOR. Хотя Черногория уже участвовала в миротворческих миссиях НАТО, отправка миротворцев в Косово может негативно повлиять на стабильность региона. «Я бы очень хотел попросить черногорское государство и черногорское Министерство обороны пересмотреть решение и не отправлять войска в Косово и Метохию», — заявил местным СМИ министр обороны Сербии Александр Вулин. Дело в том, что около трети жителей Черногории являются этническими сербами и не желают признавать независимость Косово. Сама же Черногория признала независимость Косово еще в 2008 году.
Так или иначе, официальному Белграду придется найти точки соприкосновения с Приштиной, так как от решения данной проблемы прямо пропорционально зависит не только интеграция в ЕС, но и дальнейшие взаимоотношения со всеми странами Запада.
