Не русский, - Дмитрий Левусь

Не русский, - Дмитрий Левусь фото

«Защита РФ» путём мобилизации в условиях великой войны навязывается порабощенным Москвой народам как единственная возможная модель поведения. Об этом пишет Дмитрий Левусь, эксперт Аналитического центра «Объединенная Украина», в своей статье The Gaze. С текстом статьи можно ознакомиться ниже.

Ход большой войны, которую Россия начала против Украины 24 февраля 2022 года под названием "специальной военной операции" (СВО) свидетельствует о том, что Кремль реально рассчитывал на быстрое преодоление сопротивления Сил обороны Украины, считал, что это сопротивление будет спорадическим и слабо организованным. В результате Москва реально рассчитывала на установление контроля над большей частью территории Украины и формирование новой реальности, где нет места украинскому государству и идентичности. В целом это свидетельствует о системном кризисе аналитики и управления РФ. Ведь Москва с 2014 года, после оккупации Крыма вела восемь лет войну на Востоке Украины.

Конечно, Россия всячески отрицала свою причастность к этой войне в Донецкой и Луганской областях, но очевидно, что она велась именно российскими военными структурами и на средства РФ. Кроме того, РФ имела опыт событий в 2014-2015 годах, когда Украине удалось локализовать российскую агрессию на ограниченной территории благодаря наличию украинского добровольческого милитарного движения и активности волонтерства, которые поддержали армию.

Однако, высокий уровень идеологизированности российского населения, экспертной среды и руководящих кругов РФ, пораженных "русским миром", их пренебрежение к Украине не позволили россиянам сделать верный вывод о мотивации украинцев к сопротивлению, боеспособности украинской армии и устойчивости институтов Украины.

Как следствие, "Киев за три дня", лозунг, который звучал по российскому ТВ, превратился в "все идет по плану", а сейчас о сроках, которые продлится война, речь не идет вообще. Огромные потери личного состава заставили Кремль задуматься над нестандартными способами комплектования захватнической армии и решением проблем с материальным обеспечением новых частей.

Мобилизация как российский социальный лифт

Следует отметить, что мобилизация, которую Кремль проводил с сентября 2022 года, и которая латентно продолжается сейчас, не вызвала взрыва восторга и энтузиазма среди жителей более благополучных регионов РФ, лиц с более высоким уровнем доходов и образования.

Репортажи мировых СМИ о так называемых российских "релокантах", колоритно бежавших куда глаза глядят по разным странам от мобилизации, были чувствительным ударом по российской пропаганде, которая всегда апеллировала к преемственности с героями "великой отечественной войны" и утверждала, что если будет надо, то россияне "все как один пойдут на фронт". Показательно, что старшие россияне из благополучных регионов, не одобряют этот побег от мобилизации. Такая оценка связана с возрастом - чем меньше вероятность из-за возраста лично получить повестку и отправиться на фронт, тем более высокий уровень милитаризма и желание направить на "защиту отечества" всю молодежь.

Учитывая указанное, Кремль сделал ставку в мобилизации на провинцию, неблагополучные регионы и национальные окраины. Причем понятно, что бедные российские регионы с низким уровнем жизни и общей культуры, безысходностью и депрессией, преступностью, алкоголизмом и наркоманией, где мужчины не живут долго и при этом отличаются зазомбированностью пропагандой воспринимают мобилизацию как выход, развлечение и даже социальный лифт.

Операция "спаси россиянина"

Однако, Кремль пошел дальше. Среди депрессивных регионов много таких, которые являются местом проживания коренных народов, в автономных образованиях РФ или в ее глубине и на границах. Динамика мобилизации позволяет сделать вывод о том, что Кремль сознательно делает ставку на мобилизации именно не русских. Их непропорционально много среди мобилизованных.

Цель понятна. По возможности сохранить титульную нацию, оставить Россию более русской, что для Кремля очень актуально на фоне стремительного уменьшения доли русского населения. Опять же, массовая гибель русских из центра России может сказаться и на настроениях в столицах (Москва и Санкт-Петербург) и других важных центрах, а Кремль боится этого. А так Россия воюет руками смиренных народов, которые становятся соучастниками ее преступлений и размывают ответственность собственно Москвы.

Так произошло, например с образом бурятов и чеченцев-кадыровцев, причем Москва сама культивирует такой образ "нерусского" для запугивания украинцев и отбеливания военного российского происхождения как носителя легитимной "суровой, но справедливой" власти. Правда такая пропаганда не слишком эффективна. Навальная мобилизация национальных меньшинств на войну с высокой степенью вероятности быть убитым, уменьшает численность потенциально мятежных народов, возможность их возрождения и сепаратистских тенденций. Вообще можно считать такую мобилизационную политику частью геноцида. И это отмечается активистами национальных движений.

Например, зимой проходил суд над якутским (Саха) активистом Анатолием Ноговицыным, который выступил против агрессивной войны России. Ход процесса дал возможность получить информацию об ужасных последствиях от мобилизации для северных районов Якутии, где проживают именно якуты. В некоторых поселениях мобилизовано огромное количество мужчин. Именно в тех регионах, где люди живут традиционным образом жизни народов Севера, где очень многое зависит от мужского физического труда, мобилизация приведет к нищете и разрушению традиционного хозяйства.

В отдаленных районах Якутии прослеживается связь между количеством мобилизованных и уровнем правовой грамотности. Власти шантажировали людей из отдаленных поселений тем, что неявка на мобилизацию автоматически приведет к тюремному сроку в 15 лет. Мобилизацией власть рф осуществляет геноцид малых народов Сибири и Дальнего Востока. Подобная ситуация и в Бурятии, о чем говорят бурятские активисты.

Восточная граница Астраханской области РФ одновременно является государственной границей России с Казахстаном. Восточная часть области является местом, где проживает 150 тысяч казахов, которые являются там автохтонами, и когда-то имели свое государство на этой территории. Казахи в Астраханской области составляют 15 процентов населения. Однако среди мобилизованных на войну в Украину из области их около трети, если судить по погибшим что, однозначно, непропорционально много. И это заметили даже в Казахстане, хотя власти этой страны ожидаемо не делали заявлений по этому поводу.

Как выглядит этнический протест против мобилизации

По большому счету такая политика Кремля почти не вызвала массовых организованных протестов в "национальных регионах". Исключением можно считать Дагестан на Северном Кавказе. Именно там в сентябре 2022 года после объявления мобилизации произошли массовые беспорядки в Бабаюртовском и Хасавюртовском районах и в Махачкале. Пикетировались военкоматы, перекрывались дороги, в Махачкале, столице автономии, дошло до столкновений с полицией, применения ею специальных средств и стрельбы в воздух. Президент Украины Владимир Зеленский записал специальное обращение к протестующим с призывом сопротивления.

Упомянутый выше антивоенный активист Ноговицын из Якутии, сравнивая ситуацию с Дагестаном, где происходили массовые протесты против мобилизации, утверждал, что в отличие от Дагестана и Северного Кавказа, в целом в Республике Саха и якутов военная служба, якобы не является столь престижной. Хотя как это ни парадоксально, но с тезисом можно определенным образом согласиться.

Во-первых, очевидно, что большинство тех, кто хотел служить из Дагестана уже пошел на службу по контракту еще до объявления российским диктатором Владимиром Путиным мобилизации. Во-вторых, протесты происходили в районах, населенных, в основном, тюркоязычными кумыками. Этот народ насчитывает около 600 тысяч человек, он является третьим по численности в полиэтническом Дагестане. И имеет собственный опыт государственности еще в период девятнадцатого века. Но пока кумыки в Дагестане, пожалуй, меньше всего представлены во власти и имеют непропорционально малое влияние на все сферы жизни. Например, в Махачкале, которая стоит на кумыкских землях, никогда не было мэра кумика. Поэтому, естественно, что именно они стали объектом для осуществления массовой мобилизации на войну.

Национальные движения народов РФ, которые ведут борьбу за самостоятельность, также призывают к саботажу мобилизации и выступлениям против войны. Например, эрзянское национальное движение трижды официально осуждало войну против Украины: один раз в 2014 году и дважды в 2022 году. Есть соответствующие заявления татарского, башкирского, бурятского и других движений. Но реальное их влияние на уменьшение мобилизационного потенциала, конечно, не велико.


***

В общем, вялое сопротивление мобилизации среди не русских, которые оказываются ее первой целью, можно объяснить низким уровнем национального сознания у значительного количества народов, находящихся под властью РФ. Можно также говорить об эффективности российской политики ассимиляции, уничтожающей идентичность и эффективности пропаганды, которая создает симулякр "единого отечества" для каждого россиянина. Это искажает представление не русского по происхождению россиянина о мире, который, якобы, является агрессивным по отношению к России. В этой картине мира, "защита РФ" путем мобилизации в условиях большой войны навязывается порабощенным Москвой народам как единственно возможная модель поведения.

 

Источник: Аналитический центр "Объединенная Украина"

Оригинал материала: "The Gaze"

Читать все новости