Годовщина Майдана

Как третий праздник Революции перерос в санкционированный погром

22 ноября 2016 | 11:30

Как День достоинства и свободы перерос в санкционированный погром.

День начала Евромайдана по первоначальному плану должен был стать пиковой точкой народного возмущения, длящегося с прошлой недели. Сразу оговоримся, что судя по всему, череда акций, запланированная с 15 ноября и до упора, планировалась силами, желающими смены нынешней власти. Вплоть до перевыборов парламента и, в идеале, президента.

Хотя официально все более или менее имеющие на данный момент вес политсилы от протестов открестились, в митингах явно виднелась рука, как минимум, Юлии Тимошенко. Поскольку начало прошлой революционной недели закончилось фиаско для его вдохновителей и организаторов, то в День достоинства и свободы майданные настроения пришлось, по сути, разжигать заново.

Realist внимательно следил за тем, кто и как собирал народ в центре столицы в этот день, и отметил несколько любопытных тенденций.

Как все начиналось

Традиционно день начала Евромайдана — это праздник со слезами на глазах. Люди приходят вспомнить светлые моменты Революции, но и скорбят о ее трагическом окончании - свыше 100 погибших за время протестов зимой 2013−2014 годов. А последовавшая после принятия Украиной евроинтеграционного вектора российская агрессия увеличила список жертв в сотни раз.

Весь день люди приходили на Аллею Героев Небесной сотни, чтобы возложить цветы к памятникам погибшим и зажечь лампадки. Тем не менее уже традиционную для обитателей центра Киева акцию под Нацбанком от «бабушек Рабиновича» — партии «За життя» — никто не отменял.

После обеда боевым маршем по памятным местам и главным госучреждениям провела недавно созданная партия Андрея Билецкого «Национальный корпус». Эта акция имела название «Задай вопрос президенту». Собравшиеся держали в руках плакаты с вопросами о присутствии «регионалов» в Раде, якобы подписанной в Минске капитуляции, возврате Крыма и тарифах на коммуналку.

Фото - Цензор.нет
Фото - Цензор.нет

Несмотря на то, что «азовцы» свою акцию свернули еще до вечера, главная интрига дня должна была разрешиться в 19:00. Именно на это время был запланирован митинг условной широкой коалиции правых сил с красноречивым названием «Марш Революции». Его ядром стало добровольческое движение «ОУН» под предводительством Николая Коханивского.

Участвовали также активисты из организаций «Черный комитет», «Правый сектор», «Новый огонь», «Белый Молот», «Национальный Альянс», УНСО и другие.

Коханивский изначально не скрывал, что в случае привлечения к маршу большого количества людей его последствия для власть имущих могут быть крайне неприятны.

«Если 21 числа выйдет 100 тысяч — режим упадет, и мы готовы брать на себя за это ответственность. Если выйдет 300 людей — мы готовы бороться и сделать максимум с этими 300 людьми, как мы делаем всегда», — рассказывал он на предпротестной пресс-конференции.

«Патриоты»

Сбору националистических организаций предшествовал никем до конца так и непонятый митинг партии «Патриот». К 16.00 перед зданием консерватории собралось около сотни людей в манишках с государственным гербом и партийными флагами. Силовики за происходящими наблюдали с опаской, переговариваясь между собой, что акция вероятно проплачена.

Организаторы раздавали маленькие флажки и картонные кепки с эмблемой партии.

— Пацаны, я серьезно, одевайте. Вы тут работаете вообще-то, — злился один из них в ответ на подколки «активистов». Толпа парней продолжала смеяться, но реквизит нехотя надела.

Здесь раздавали агитационные газеты «Слово патриота». Лидером партии значится некий Николай Голомша.

Между собой «активисты» смеялись, что главный организатор акции Ющенко или Порошенко. Ответить на вопрос «кто вас возглавляет?» без подглядывания в газету не смогли.
— Та хто его знает. Люстрированный прокурор какой-то. Голомша вроде фамилия.

Николай Голомша, в прошлом первый заместитель генерального прокурора Олега Махницкого, попал под люстрацию. В комментарии Realist’у он подтвердил, что «Патриот» — это его политсила, существующая уже два с половиной года, и представлена она даже в горсоветах. Акция, по словам Голомши, приурочена памяти героев Майдана.

Особой скорби в рядах активистов увидеть не удалось. Даже наоборот: толпа то и дело сотрясалась от хохота. Объектом особо остроумных шуток стал, как ни странно, конный патруль.

Начало конца

В 19.00 на Майдане собрались правые силы. Постамент Стелы независимости они традиционно использовали как сцену. Оттуда выступали спикеры от радикальных националистических движений. Пока они разогревали собравшихся революционными речами, группа активистов попыталась доставить на Майдан обязательный атрибут любого «серьезного протеста» — покрышки.

В один момент с улицы Городецкого по направлению к Европейской площади бегом выдвинулось около сотни силовиков в полной экипировке. Сначала показалось, что они собираются оцепить митингующих под стелой. В адрес правоохранителей то и дело раздавались оскорбления, а называли их не иначе, как «Беркутом».

Но силовики пробежали мимо митинга и заблокировали собой Крещатик перпендикулярно одноименной гостинице, чтобы не пропустить шины на Майдан. В ходе потасовки активистам таки удалось пробиться под стелу. Уже на тот момент стало ясно, что Нацполиция и Нацгвардия очевидно получили приказ ни в коем случае не допустить серьезной драки и кровопролития.

— Я просто хочу, чтобы в моем городе был порядок, — отвечал один из копов сетующим на перекрытие дороги пожилым женщинам.

Правым радикалам таки позволили разжечь костер из покрышек под стелой, и пока он медленно дотлевал под пристальными взглядами собравшихся в группки правоохранителей, на сцене с финальной речью выступил Николай Коханивский.

«Мы идем под офис Медведчука. Не исключено, что нас там будет ждать „Беркут“», — именно на этом моменте собравшиеся возле Стелы независимости узнали о своих дальнейших планах.

После еще нескольких выступлений с призывом «не танцы плясать, а революцию делать» колонна начала двигаться в сторону Бессарабского рынка. Стоит отметить, что ритм этого марша разительно отличался от проходивших ранее акций правых сил.

Все происходило в очень резвом темпе, многие участники с быстрого шага срывались на бег. Периодически Коханивский, двигающийся в начале колонны, останавливался и призывал митингующих не драться с правоохранителями:

— Мы полицию мы не трогаем, мы идем к Медведчуку — это наш враг. Чтобы потом не говорили, что мы с нацгвардейцами подрались или еще что-то, — объяснял лидер «оуновцев».

У цели

На большое количество правоохранителей участники марша, казалось, не обращали внимания вовсе. Однако, когда колонна дошла к арке напротив станции метро «Площадь Льва Толстого», которая была заблокирована силовиками в шлемах, в народе называемых «космонавтами», их опять начали обзывать «беркутами».

Несмотря на то, что проход во двор в тактическом плане вполне мог стать для правых Фермопильским сражением, правоохранители, немного потолкавшись для вида, разошлись и открыли путь митингующим к их цели — офису «Украинского выбора» (общественной организации Виктора Медведчука). Аналогично силовики не блокировали активистов, а просто на расстоянии наблюдали, как праворадикалы разбивают стекла и отвинчивают камеры с дома, где находится указанный офис.

Но по ошибке пострадали не т. е. Внимание активистов привлек офис, располагающийся на цокольном этаже здания. Как выяснилось позже, там располагается салон красоты, а не офис Медведчука. Интересно, что первым стекло салона, как бы невзначай, ногой ударил Игорь Мосийчук, нардеп от Радикальной партии.

В ходе погрома офиса особо активные пытались сломать растущее у стены молодое дерево.

— Не трогайте бедное растение! — остановил их один из лидеров марша. — Оно же не виновато, что Медведчук п***рас.

После, в уже прилично побитые окна прилетел файер, который стал причиной возгорания. Потушить огонь пытались сами активисты и у них получилось. Однако из-за угла появилась пожарная машина. На этот момент из окна валил только дым, огня видно не было.

— Не надо воды, ребята, это мое помещение, не надо воды! — кричал пожарным мужчина, вероятно пытаясь свести последствия происшествия к минимуму.

Но тщетно. Спасатели бросили шланг и залили дым водой.

— У вас есть страховка? — спросили после этого у мужчины.

— От кого? От дебилов? — сетовал он.

При этом в офис на втором этаже (предположительно, именно там располагалась цель участников марша) полетело несколько камней, но стекло лишь треснуло. Прозвучал призыв уходить, правоохранители кордоном закрыли место, где уже работали пожарные.

— А мы к офису Медведчука пришли? А я же думал, что мы его дом громить идем, — возмущался парень в черном одеянии, с медалями и орденами на курточке.

Тем временем участники акции решили продолжить «веселье» у Сбербанка России, который находится сразу возле выхода из метро «Площадь Льва Толстого». Кстати, к этому призывал Коханивский еще на пути к арке.

Поведение правоохранителей здесь было практически такое же, как и возле офиса «Украинского выбора». За большей частью процесса они наблюдали. При этом офис банка удалось действительно разгромить. Были и шашки, и файеры, и даже брусчатка.

И только тогда, когда около десятка праворадикалов, зашедших в помещение через разбитые окна, топча ногами остатки офисных принадлежностей, ушли, полиция начала активные действия. Она оттеснила митингующих, а с теми, кто таки остался в помещении, правоохранители потом вели воспитательные беседы.

Пока особо любопытные громили банк, некоторые участники акции сосредоточились на табло с курсом валют. Одна из активисток руками, кровоточащими от ран, срывала его с крепления, а потом била об землю. На призывы отправиться за медицинской помощью, только отшучивалась.

Копам адресовались несколько ультрасовских кричалок, кто-то опять вспоминал «Беркут», кто-то заводил «Міліція з народом», а несколько человек даже пытались разбирать брусчатку, как это было во времена Революции. Но призыв Коханивского возвращаться на Майдан уже не воспринимался с особым энтузиазмом. Судя по всему, на данном этапе впечатлений участникам марша хватило.

Когда корреспонденты Realist’а пришли на Майдан независимости, намеков на продолжение акции там видно не было. На площади люди стояли рассредоточенными группами и, судя по всему, к праворадикалам не имели отношения. Кто-то уезжал домой, кто-то оказался там случайно, а кто-то ждал 23.00 — времени, когда три года назад действительно что-то начиналось.


Фото, видео — Олег Переверзев, Владислав Красинский